Джек, который уже выбыл из состязания, обвел взглядом зал. Акико разделалась с Горо, завершив атаку сокрушительным ударом в живот. Тем временем Нобу озирался в поисках следующей жертвы. На ногах оставались только Ямато и Кадзуки, которые сцепились в центре додзё.

Ямато надежно держал оборону, однако за два года дополнительных занятий с сэнсэем Кюдзо Кадзуки не было равных. Он методично преодолевал все попытки защититься. От очередного мощного удара в бедро Ямато упал на одно колено. Кадзуки тут же изо всей силы стукнул его локтем по голове. В последний момент Ямато закрылся рукой и избежал перелома челюсти, но от мощного удара зашатался и упал.

Потный от напряжения Нобу кружил возле Акико. Он держал дистанцию и время от времени притворялся, что нападает, привлекая к себе внимание, пока Кадзуки незаметно крался с другой стороны.

Джек, затаив дыхание, ждал исхода поединка. Он знал, что Нобу не лучший боец, и продержался так долго лишь благодаря своим огромным размерам. К тому же в последнее время Нобу стал выносливее и выдерживал удары, которые еще недавно сбили бы его с ног.

Несмотря на усталость, Акико выглядела спокойной и собранной. Опаснее всего для нее был Кадзуки.

Хотя Джек его и ненавидел, он сознавал, что недруг умен и искусен в бою. Его прирожденный талант в технике «Двух небес» одновременно удивлял и злил Джека. Кадзуки великолепно стрелял из лука и ездил верхом. Хорошо владел бо, был смертельно опасен в рукопашном бою и доказал свою силу, пробившись в Круг трех. Из него получится идеальный самурай.

Кадзуки едва заметно кивнул Нобу, и они вдвоем бросились на Акико. Кадзуки целил в голову, Нобу — в живот.

Акико держалась невозмутимо. Внезапно она высоко подпрыгнула и, находясь в воздухе, обеими ногами ударила противников по лицу. Застигнутые врасплох такой поразительной ловкостью, они рухнули на пол.

Акико грациозно приземлилась в боевую стойку. Она единственная осталась на ногах в додзё, усыпанном поверженными и стонущими учениками. Все, кто наблюдал последнюю схватку, приветствовали ее победу ошеломленным молчанием.

— Где ее научили так бить? — изумленно прошептал Такуан на ухо Джеку.

— Ума не приложу, — пожал плечами Джек. «Но точно не в этой школе», — подумал он про себя.

Сэнсэй Кюдзо направился к девушке. Завидев его, Акико учтиво поклонилась. Не замедляя шаг, сэнсэй обхватил ее за туловище и швырнул через бедро. Оглушенная, она упала рядом с Джеком. Ученики уставились на мастера тайдзюцу, потрясенные его коварством.

— В этом задании я проверял не только ваше мастерство рукопашного боя, — холодно и безжалостно заявил сэнсэй Кюдзо. — Я хотел понять, как вы ведете себя в бою, и испытать ваш дзансин — умение видеть врага за спиной. Если хотите выжить на войне, то должны всегда применять дзансин.

— Но Акико победила! — воскликнул Джек, возмущенный мстительностью учителя. — Она…

— Нет, — оборвал сэнсэй Кюдзо, бросая на ученика испепеляющий взгляд. — Последним самураем стал я.

Двор Нитэн ити рю запорошило снегом. Белое покрывало было усеяно следами, ведущими от Сиси-но-ма к Тё-но-ма и дальше к Дворцу сокола. На многоярусных крышах выросли сугробы; карнизы просели под тяжестью огромных сверкающих сосулек. Древняя сосна в Южном саду дзэн еле стояла — ее ветви примерзли к земле, словно миниатюрные застывшие водопады.

В Така-но-ма ученики поеживались от холода, несмотря на плотные зимние кимоно. Дыхание застывало на лету. Сэнсэй Накамура и ее именитый гость — поэт Сайгё — сидели на гладком деревянном возвышении. Сайгё оказался маленьким и неприметным, с сонными глазами и большими оттопыренными ушами. На его голове была простая круглая шляпа, а рядом лежал повидавший виды бамбуковый посох.