Его осенило только в тот момент, когда автомобиль уже подъезжал к перекрестку с улицей Шато-д’О. Томас бросился бежать. Джулия что-то крикнула вслед — естественно, она удивилась, — но объяснять было некогда. Женщина на пассажирском сиденье была одета не в западную одежду. На ней было индийское сари. На толстухе, убиравшей ресторан в пассаже Бради — тот самый, теперь закрытый, — тоже было сари. Когда «мерседес» проехал мимо, Томас успел заметить фиолетово-голубое пятно. Это была та самая женщина. Это не мог быть никто, кроме нее!

Томас был в пятидесяти футах, когда машина завернула за угол. Он несся так, словно ставкой в этом забеге была его собственная жизнь. Он вылетел на Шато-д’О, но «мерседес» уже скрылся из вида.

Томас посмотрел в небо, пытаясь отдышаться. Джулия подбежала через несколько секунд.

— Боже мой, да что случилось? Куда вы умчались?

— Женщина на переднем сиденье, — выговорил Томас и сделал глубокий вдох. — Я уже видел ее раньше.

— Где?

— Вчера днем я ходил по улицам и показывал всем фотографию Зиты. Она убирала в ресторане в пассаже Бради. Вечером ресторан оказался закрыт.

— Вы разглядели номера?

Он покачал головой:

— Нет. Он ехал слишком быстро.

— Я достану вам ордер, — решительно заявила Джулия и вытащила телефон. — Я просто не позволю отделу по борьбе с сутенерством тянуть с этим делом.

Глава 22

Долог мой путь, и нет ему ни конца, ни краю.

Париж, Франция.

За несколько минут до этого Зита стояла во внутреннем дворике, дрожа от холода и страха. Дмитрий сел за руль и повернул ключ в замке зажигания. Мотор тихо заурчал. Шиам забрался на заднее сиденье, в середину, дядюшка сел с краю, рядом с ним, а тетушка разместилась впереди. Зита залезла в «мерседес» последней. Она глубоко вздохнула и припомнила билеты на самолет. Теперь она была почти уверена, что они предназначались не только дядюшке и тетушке. Один из них был для нее.

Она села по другую сторону от Шиама и уставилась в окно. Рана на голове сильно болела, но Зита старалась не обращать на нее внимания. Она помнила каждый шаг, который прошла по этому двору вчера ночью. Как семенила впереди Наталья, то и дело оглядываясь. Как Дмитрий тащил Зиту за волосы. Как они вошли в холл квартиры, где держали девушек. Как Дмитрий отволок ее наверх, в комнату Натальи, и швырнул головой о стену. Как Наталья умоляла его пожалеть Зиту. Он придвинулся совсем близко к ней, почти вплотную, так что его лицо оказалось всего в нескольких дюймах от ее лица. Ее щеку обожгло горячее дыхание, запах алкоголя ударил прямо в нос.

— Я знаю, ты была в той комнате в подвале, — прошептал он. Этот шепот оглушил Зиту, словно громкий крик. — Если бы ты осталась здесь, ты бы получила от нее большое удовольствие. Клянусь. Но отец заключил с Дитрихом сделку повыгоднее.

Зита подумала, что не забудет эти слова до самой смерти. Наталья вышла из комнаты вместе с Дмитрием и вернулась через несколько минут, одетая уже в футболку и спортивные шорты. Она взяла салфетку из бумажной коробки, стоявшей на комоде, и попыталась остановить кровотечение. Кожа на голове у Зиты была рассечена. Наталья предложила ей свою кровать, но Зита покачала головой и подвинулась, освобождая место и для нее.