«Ему бы в музее работать… А ведь мы и есть в музее, пусть и обитаемом!» — как-то внезапно пришло озарение, после чего вспомнились забавные истории о королеве Англии (Её Величество набрала ванную, скинула халат, окунулась в горячую воду с пеной… и тут открывается дверь, а следом за этим входит экскурсовод с толпой туристов).

Вряд ли подобное было возможно в нынешней реальности, всё же сила и власть короля-чародея более материальны, да и уважение к аристократам выше. Однако же наверняка многие мужчины Вестероса отдали бы последние монеты из кубышки, чтобы безнаказанно посетить королевскую купальню в тот момент когда там находится Дейнерис…

Тронный зал встретил Эйгона торжественной музыкой и объявлением герольда, который назвал его полное имя и титул. От самых дверей и до тронного возвышения, где находился лишь один широкий Железный Трон, выкованный из мечей, на котором сидели король и королева, тянулась широкая бархатная ковровая дорожка красного цвета, а вдоль стен стояли гвардейцы и придворные аристократы, выполняющие роль административного аппарата.

«Это… внушает», — нервно сглотнув, Тиррел сделал первый шаг вперёд, во все глаза смотря на величественную пару, буквально излучающую вокруг себя незримую силу.

Мальчик неожиданно обнаружил, что его ноги едва-едва гнутся, а переставлять их стало крайне тяжело. В конце концов одно дело — читать о короле, который двадцать лет назад остановил вторжение мертвецов с далёкого севера, лично повергнув могущественного лича, и совсем другое — встретиться с этим человеком лично.

В прошлой жизни попаданец читал фантастику и фэнтези, но серьёзным или иностранным трудам предпочитал лёгкую юмористическую литературу. Там цари-короли-князья были лёгкими в общении, простыми и весёлыми, любящими шутки… ну и прощающими почти все грехи (других назначали злодеями и остроумно побеждали). Единственными книгами, более или менее подходящими к ситуации, были эпопея о мире богов и драконов, которые постоянно воевали между собой, а также приключенческий роман о драконьем всаднике в четырёх книгах. Только вот помочь в данный момент эти произведения не могли…

Визерис Таргариен, довольно высокий и стройный, но при этом выглядящий достаточно крепким, был одет в красную тунику и чёрные штаны, а на голове у него красовался зазубренный золотой обруч. Его жена Дейнерис, пусть и успела родить десятерых детей, выглядела как стройная девушка лет двадцати, одетая в небесно-голубое строгое платье. И если глаза короля выражали спокойствие и какое-то отеческое добродушие, то его супруга была будто холодная и надменная роза, которой можно любоваться только издалека.

«Красивая, но… жуткая», — промелькнула в голове опасливая мысль, а по спине пробежала волна мурашек.

Но не только венценосная чета заслуживала внимания: у подножия тронного возвышения, застыв будто статуя самому себе, стоял полностью седой мужчина, облачённый в даже на вид тяжёлые чёрные доспехи, в сравнении с которым все остальные гвардейцы казались если не детьми, то подростками. Уолдер Стойкий, верный страж короля, который бился плечом к плечу с правителем Вестероса против белых ходоков и лича, а затем буквально на своих руках вынес истощённого сюзерена с поля боя… внушал трепет. Он не был магом, но ощущение внутренней силы буквально окружало этого человека… (если вообще человека, а не полувеликана какого-нибудь).

Подойдя к ступеням тронного возвышения в опустившейся на зал тишине, Эйгон встал на одно колено и склонил голову. Непослушные губы шевельнулись, а горло исторгло два слова:

— Мой король…

Королева хмыкнула, заставив залиться краской стыда, поспешно добавив:

— Моя королева.