– Твои слова, Бейруб, снова бьют в мою сторону, хотя ты, возможно, желал бы направить их на Соргена, – продолжил Перстенек, когда наконец справился с собой. Щеки его опять побелели, а лоб разгладился. – Но я тоже предпочел бы оставить их без внимания, вот только ответ скорее необходим для того, дабы напомнить всем еще раз: мы здесь не на пикнике, посвященном моему дню рождения! Я никогда и ничего не делал по собственной прихоти, и если б вы задумались над этим, то держали бы языки за зубами. Старцы рекомендовали мне воздержаться от боевых действий зимой, и, как всегда, они были мудры. Большая часть наших войск – южане, не привыкшие к здешним холодам и снегам. Постоянное использование магии им в помощь могло серьезно подорвать наши силы и в битве оказаться решающим для поражения. К тому же, за прошедшее время Белые, против высказанных кое‑кем опасений, не усилились, а ослабли. Нападение лейденцев, споры внутри аристократии, рейды наших отрядов на не захваченные еще территории – все это дало результат.

– Старцы! – недовольно сказал Земал, криво ухмыльнувшись и оглядевшись по сторонам. – Сдается мне, что наши уважаемые тармоти[5]  намерены выманить Императора из стен Делеобена!

– Мысли Старцев неисповедимы, – невозмутимо пожал плечами Ргол. – Нам не следует гадать, каковы они, потому что любое намерение Старцев – это проявление Великой Необходимости.

– Эге, – снова ухмыльнулся Земал. – Вот только знать бы, а не собираются ли они самолично явиться сюда, к нам, чтобы помочь поразить этого облачного выкормыша?

– Не думаю, – ответил князь. Выпрямив спину и устремив взгляд куда‑то вдаль, он гордо продолжил: – Если уж мы взялись вести эту войну, то должны быть готовы сразиться с главным противником. Каждый из вас, прибыв сюда, отлично понимал, что будет сражаться лично против Тарерика. В том случае, если будет удачлив в битвах с его приспешниками, конечно.

– И как думаешь ты, Ргол? Тебе по силам победить Императора? – вкрадчиво спросила Хойрада.

– Я не задумываюсь над этим. Когда придет час, я выступлю против него и буду сражаться изо всех сил. Кроме того, я надеюсь на вас, на вас всех! Спросите себя: готовы ли вы сражаться? Только все время помните, что именно туда, к славной последней схватке ведет путь каждого истинного следователя Великой Необходимости.

– Ну да, ну да! – поспешно закивали головами собравшиеся, все, кроме Девлика.

– Это замечательно! – воскликнул Ргол. Лицо его озарилось улыбкой, скорее зловещей, чем радостной. – Тогда я предлагаю вам задуматься и над такой проблемой: где Император Белых будет сильнее, в чистом поле, или же за стенами Делеобена, построенного, по слухам, на месте расположения колодца всемирных потоков олейз ??

– Это что за вещь такая? – глуповато удивился Низгурик, уже довольно явно набравшийся вина. Учитель наградил его таким взглядом, что последний глоток, вероятно, закипел в глотке незадачливого неуча.

– Мда, ловко ты все поворачиваешь, Ргол! – сказал Бейруб. Съевши все, что стояло в пределах его досягаемости, он отодвинул тарелки и стал тыкать вилкой в столешницу. – Только все равно, ничего хорошего для нас я не вижу. Император – он ведь не дурак, чтобы покидать укромное местечко, правда? Земал про него просто так сказал, не подумавши. Так что для начала нам нужно думать, как победить его детей, Мароллу и Барвека вместе с десятью тысячами гвардейцев… а уж потом ломать голову над тем, что сделать с Тарериком, прячущимся за стенами столицы. Если, конечно, будет, что ломать.

– Кроме того, я слышала, что на юге уже разлились реки, так что лейденские кочевники убрались обратно в свои степи.