Закончив играть, он увидел, что ее глаза полны слез, так она была тронута его музыкой. И подумал, что давно не получал такого удовольствия.

Он спросил, как ее зовут.

– Джейн Сеймур, – ответила она.

– Ты можешь идти, – сказал он ей. – Мы еще встретимся. Ты мне нравишься, Джейн!

Он не поругался с Анной. Просто она его раздражала. Они о чем-то поспорили, и Анна, как всегда, оказалась права и сказала ему об этом. Джейн Сеймур никогда бы так не поступила. Она настоящая женщина, думал король. Женщина не должна настаивать на своей правоте. Женщина есть женщина, а мужчина – мужчина. И когда женщина лезет в мужские дела, это очень неприятно.

И он послал за Джейн Сеймур, чтобы она первой услышала его новую песню. Это была большая честь. Она сидела и слушала, такая маленькая, что ноги ее едва доставали до пола. Она казалась беззащитной и очень кроткой.

Король расспросил о ней. Она оказалась дочерью сэра Джона Сеймура из Волф-Холла в Вилшайере. Он не был могущественным лордом, но в его жилах была капля королевской крови. Генрих принял это к сведению. Играя на лютне, он думал о Джейн. Спокойная и нежная, с ней будет приятно в постели. Такая белокожая. Она еще не проснулась для страсти… Девственница. Он стал сентиментален. Благочестие всегда вызывало в нем это чувство. Все женщины, считал он, должны быть благочестивы.

При дворе заметили его заинтересованность Джейн. Чапуис и французский посол шутили по этому поводу. Они были циниками и говорили, что в последнее время король стал интересоваться девственницами. Французский посол заметил, что именно это привлекло короля в Джейн Сеймур. На что Чапуис ответил, что сомневается в девственности Джейн, так как она уже довольно давно находится при дворе. Однако королю может оказаться на руку, что она не девственница – он женится на ней, как на девственнице, а потом, когда ему нужно будет развестись, найдет свидетелей, которые докажут обратное.

Но король продолжал смотреть на Джейн сентиментальными глазами. Ее отец и братья учили ее, как себя вести, когда заметили, как относится к ней король. Эти честолюбивые люди, перед глазами которых был пример графа Вилшайера и молодого лорда Рочфорда, решили не упустить представившуюся им ослепительную возможность.

Они учили Джейн, как себя вести, что делать и чего не делать. Сама же Джейн не испытывала никаких амбиций. Она видела, как часто ссорятся король и королева. Она понимала короля гораздо лучше, чем он думал, судя по ее скромному и, как ему казалось, такому честному выражению глаз.

Когда он пытался ее поцеловать, она вся покрывалась краской, убегала от него и пряталась. А король, став целомудренным сам, не мог пойти против своей совести и заставить девушку делать то, чего ему хотелось. И он снова стал уговаривать свою совесть. Что если его женитьба на Анне была ошибкой? Что если Бог выкажет свое недовольство его женитьбой, лишив его сына? Все эти мысли пока были мимолетны. Он флиртовал с Джейн, не лишая ее невинности.

Генрих подарил новой возлюбленной медальон со своим портретом. Она носила его на цепочке на шее, давая этим ему понять, что если бы она не была такой порядочной девушкой, она с удовольствием уступила бы ему, так как восхищалась им как человеком. Он хотел обладать Джейн, но не мог решиться на этот шаг – он был слишком в нее влюблен.

История Анны служила примером для Джейн. Она понимала, что можно делать, а чего нельзя. Она не была очень умной и потому не смогла скрыть превосходства, светившегося в ее глазах. Анна сразу это заметила. Она увидела медальон, который Джейн носила на шее, и попросила показать его ей. Джейн покраснела и прикрыла медальон рукой. Подозрения Анны усилились. Она сорвала медальон, открыла его и увидела улыбающееся лицо короля с короной на голове.