Генрих подумал, что следует ее успокоить – ведь он должен думать о своем будущем сыне, которого она носит в своем чреве.

– Успокойся, дорогая, – стал он упрашивать Анну. – Я буду вести себя хорошо.

Но Анна не могла успокоиться. Джейн Сеймур убежала и спряталась за занавесками, закрыв лицо руками и бормоча: «Что я наделала!» – но в душе была рада случившемуся.

Лучшего нельзя было придумать. Удар, нанесенный Анне, привел к тому, что у нее начались преждевременные роды и ребенок родился мертвым.

Те, кто сообщил об этом королю, дрожали от страха. Король сжал кулаки. Глазки его совсем скрылись в складках кожи на лице, а вены на висках вздулись. Вне себя от бешенства, он бросился к Анне в комнату. Он стоял рядом с ней, неподвижно лежавшей на постели, бессильной и побежденной, а его маленький жестокий рот изрыгал проклятья. Это она во всем виновата! Она унизила его! Она обманула его, пообещав нарожать ему сыновей! Она ведьма, колдунья…

Ослабленная тяжелыми родами, она все же ответила ему. Во всем виноват он один. Ее преждевременные роды вызваны тем горем, которое он причинил ей своими ухаживаниями за этой хитрой шлюхой Джейн Сеймур!

Генрих с ненавистью заорал:

– У тебя больше не будет от меня сыновей! – А потом, решив умилостивить Господа, добавил: – Я прекрасно понимаю, что Бог не хочет, чтобы у меня были сыновья.

Но на самом деле он так не думал, ибо не считал себя виновным.

– Когда ты поправишься, я поговорю с тобой, – холодно заявил он ей.

И он вышел из комнаты, размышляя о Джейн Сеймур. Вполне возможно, что эта женитьба была ошибкой, думал он. Боже правый, меня завлекли колдовством! Анна была неотразима с этими ее длинными волосами и озорным выражением лица с острыми, как у мышонка, чертами. Мужчина не мог сказать ей нет, это было не в его силах. Это колдовство! Поэтому Бог и не дает сыновей. Может быть, мне стоит подумать о том, чтобы жениться снова?..

Джейн Сеймур сидела в своих покоях во дворце, ожидая короля. Эти великолепные комнаты, увешанные богатыми гобеленами и парчой, совсем еще недавно принадлежали Кромвелю, который освободил их для Джейн, так как они находились рядом с апартаментами короля и Его Величество мог незаметно проникать туда.

Джейн тряслась от страха с того самого момента, когда король обратил на нее внимание. Ее братья, Томас и Эдвард, строили честолюбивые планы, при этом говоря ей, что думают только о ее счастье. Эдвард был умным, гибким и очень честолюбивым политиком. Томас – обстоятельным, красивым и тоже очень честолюбивым молодым человеком. Подумать только, что получила Анна Болейн! Ведь то же самое может случиться и с Джейн! Конечно, Джейн не так привлекательна, как Анна, но мужчины бывают странными. Возможно, короля в Анне привлекали не столько ее ум и красота, сколько нежелание сдаться ему. Джейн некрасива и неумна, но она может сопротивляться королю так же упорно, как Анна. И это может принести свои результаты, потому что скромность Джейн выглядит более натурально, чем скромность Анны в период ухаживаний за ней короля.

Джейн обязана подчиниться требованиям своей семьи. Чапуис и те, кто выступали за империю, тоже были на стороне Джейн. Они с удовольствием поддерживали любого, кто мог ослабить позиции сторонников Мартина Лютера.

Итак, кроткая и нежная Джейн, не лишенная при этом амбиций, полагала, что было бы очень приятно носить на голове корону и нанести жестокий удар этой высокомерной Анне Болейн. Поэтому она была готова занять место своей госпожи, хотя и немного опасалась, потому что знала, эта роль, которая ей навязана, хотя она сама и не против, к тому же очень опасна. Анна теряла свои позиции. А она была умной и красивой и удерживала возле себя короля в течение пяти лет, став его любовницей. И когда Джейн вспоминала все это, она планировала свою жизнь только на месяц или на два вперед.