Они стали творить всё что им вздумается, проводить опыты над живыми и неживыми созданиями. Так появилось множество новых форм жизни. У них были свои способности и особенности. Одни могли впадать в ярость и становиться в разы сильнее. Другие получали доступ к стихийной магии. А третие… третие могли поедать себе подобных, чтобы становиться сильней. Так появились мы — Унливы. Самые первые образцы нашей расы были довольно слабыми, но живучими. Возможность манипулировать жизненной силой помогала нам жить и эволюционировать.

Со временем мы стали бороться с Ферситами за независимость и мстить им за то, что обрекли нас на такой ничтожный образ жизни. Они хотели получить идеальных защитников, а получили непобедимых врагов.

Ферситы из–за своего страха не стали оцифровывать смертоносное оружие людей. Поэтому те и не смогли в полной мере использовать возможности системы. Но мы хотим открыть им глаза. Мы — клан Возрождение, хотим поднять всех людей на борьбу с Ферситами. Другие кланы будут нам помогать, по собственной или же по нашей воле. Мы подчиним всех, кто с нами не согласен.

Под конец монолога лицо Кейрока наполнялось гневом, яростью, жаждой власти и убийства.

— А тыы, жалкое ничтожество! Ты и твой Деманций, поплатитесь за свою наивность. Ты ещё далеко не в той лиге, чтобы разнюхивать наши планы. Думаешь если твоё лицо нам не знакомо, то сможешь сойти за своего?! Я убью Деманция и его отпрысков, после чего клан его демонов подчиниться мне!

Пи***ец мне. Думал я пока он заканчивал свой монолог и распалялся ещё больше. Хотя казалось больше уже некуда.

Хаотично перебираю в голове варианты действий:

Принять бой — вообще не вариант, я и с одним из них вряд ли справлюсь, эти ублюдки отожрались на других Унливах, а это, как я понял дает огромную силу.

Сбежать тоже не выйдет, даже если у них нет никого, с такой же скоростью как у меня или выше, то я не сбегу один, оставляя Дарки на съедение этим уродам.

Изобразить страх, покорность и попытаться договориться миром?

Может получиться, а может и нет. Действия этого психа предсказать невозможно.

Думай, думай…

— Простите мою безрассудную попытку, мистер Кейрок! Но Деманций не оставил мне выбора. Он угрожал мне и моим близким. И если бы я отказался от этого задания, он бы убил всех. — попытался я выкрутиться, надеясь, что девушки таких подробностей из меня не вытягивали. Я искренне верил в свои слова, для большей убедительности.

— Возможно ты и не врёшь… Учитывая, что они сделали тебя таким, против твоей воли. А ты теперь хочешь убить Дочь Деманция. К тому же они разгромили твою квартиру и заперли в канализации, перерезав кабель…

Так это всё–таки они… Я уже думал, что и вправду враги клана ДемДемов выслеживали меня…

— Но ты же понимаешь, что на слово, и даже твоим мыслям я верить не могу? Нам придётся проверить твои слова и намерения временем и поступками. Для начала ты посидишь в клетке, а если за тобой никто из твоих дружков не придёт, тогда и поговорим.

Глава 14

Как оказалось, под стадионом были огромные подземелья. Не думаю, что их сделали при строительстве стадиона, это, скорее всего, Унливы постарались.

Пока меня вели на нижние этажи, я заметил, что подземелья используют для самых разных целей.

Верхние этажи были жилыми, очевидно, тут ночевал персонал, а возможно и другие Унливы.

Чуть ниже были столовая, кухня, туалеты, душевые.

Ещё ниже располагались ремесленные мастерские. Оттуда слышался грохот метала вперемешку с добротным матом.

И самые нижние этажи были… огромной тюрьмой.