При звуке моих шагов Похар вскочил с лектуса и бросился ко мне. Схватив за плечи, тряханул:

— Сынок, слава Создателям — ты невредим! Дошёл слух, что наёмники напали на Вакарангу Карехи?

— Слух? — поразился я. — Там была такая бойня, что о ней должен кричать весь город! Половину всех гостей просто поубивали!

— Садись и рассказывай, — приказал отец, падая на лектус.

Я догадался, что должен сесть не рядом, а на пол, напротив отца.

Я рассказал, что Вакаранга Карехи пообещал Виви в жёны, при условии, что приму род Те-Танга. Описал, как Карапу Карехи унаследовал титул мясного барона, буквально перешагнув обезглавленный труп отца. Поведал о том, что старший из рода Хатт пообещал сохранить договорённости о союзе родов Карехи и Те-Танга, а заодно пообещал избавить меня от трудовой повинности и оплатить долги.

— Рабб Хатт — мудрейший из людей, — кивнул Похар Те-Танга. — надеюсь, у Карапу Карехи хватит ума, чтобы слушать его советы. А у нас с тобой хватит ума принять его помощь.

— Отец, если вы всё понимаете, то не могли бы объяснить, почему род Кхарт нанял наёмников? И если всем известно, что за убийством Вакаранги Карехи стоят они, то почему небесные стражи ещё не арестовали их всех? Или они боятся трогать опасных наёмников, предпочитая хватать мальчишек вроде меня в храмах?

— Ха-ха, — улыбнулся Похар. — Ты с каждым днём становишься всё мудрее и мудрее.

— Расту над собой, — склонил я голову.

— Тут вот в чём суть, сынок. Если Карехи привлекут Кхарт в судилище Прямого Пути, то будут сравнены их обвинение и правда. Но тогда все узнают, что Карехи начали войну родов, уничтожив почти всех озарённых рода Кхарт.

— То есть рода предпочитают воевать друг с другом без участия Прямого Пути?

— Нет, не так. Если один род начнёт толкаться на Всеобщем Пути, смещая другой род на обочину, применив для этого силу, то обиженный род ответит такой же силой.

— Но разве не лучше послать врага в Прямой Путь?

— Лучше. Но это будет проявлением слабости. На силу нужно отвечать силой, а не сравнением правды. Рода воюют между собой с помощь убийства, интриги и подкупа, а не в Прямом Пути, как лавочники или мастеровые.

— Мне немного страшно, отец.

— Чего же?

— Нет ли у твоего рода таких же смертельных врагов? Не желает ли кто-то уничтожить Те-Танга?

— Ха-ха… — ответил отец, но при этом совсем невесело нахмурился. — Ещё недавно ты был глупым ребёнком, а теперь задаёшь взрослые вопросы.

Похар Те-Танга замолчал. Пришла Служанка и поставила межу нами поднос с коробочками еды и два кувшинчика.

— Те-Танга не самый сильный, но и не слабый род, — начал папа Самирана. — Наши старшие несколько раз занимали места в Совете Правителей, решая судьбу полёта Дивии. У нас были враги, которые, как и мы, боролись за место в Совете. На протяжении нескольких поколений Те-Танга и вражеский род противостояли друг другу. Однажды это противостояние привело к настоящей родовой войне, как у Карехи и Кхарт.

— Ваше противостояние дошло и до убийств? — спросил я.

— Борьба за власть всегда доходит до убийств.

Отец отпил из кувшинчика. Продолжил:

— Те-Танга и наши враги не имели столько денег, чтобы купить армию наёмников. Поэтому наши озарённые и наши воины бились с их озарёнными и их воинами. В большой родовой битве, случившейся в старом доме Те-Танга, который был в Третьем Кольце, полегло много наших и много врагов.

Снова замолчал, поглядывая на меня, словно раздумывал, нужно ли рассказывать?

— И… кто победил? — спросил я.