— Поверь, маленькая живодёрка, если это звенящее лиходейство приблизится ко мне хоть на два локтя — сперва я размажу по стене твою наглую рожу, а потом прихлопну полянца. Успею, не сомневайся. А дальше — будь что будет.

Колдун пригрозил тихим и очень страшным сипом, так, что Ялка ни на секунду не усомнилась в правдивости его намерений. Сообразив, что несколько переборщила, девушка удивлённо кашлянула и больше не издавала ни звука. Сашка понял — пора немного разрядить обстановку своим появлением.

Выяснилось, что пока Шаман имел серьёзный разговор с влиятельным информатором, чародей успел позаботиться о санитарно-гигиенических мероприятиях в поместье. Чтобы искателям печатей не докучал запах разлагающейся мертвечины, Торрис организовал в камине маленький крематорий, где спалил трупы всех валявшихся в холле упырей. Сейчас, видимо, дабы отойти от малоприятной беседы с Ялкой, чародей обратным концом жезла карябал что-то на стене и тихонько бормотал под нос едва слышные проклятия. Дочь нордунгов для эмоциональной разрядки выскочила на улицу, пинать оставшиеся тела кровососов. Нес преспокойно дрых на диване, абсолютно не заботясь о том, что буквально пару часов назад тут скакали ещё живые упыри, а впоследствии валялись мёртвые.

— Ну что? Какие новости? — осведомился Торрис у появившегося из коридора Шамана.

— Следует идти в земли волотов. Печать где-то там. Знаешь дорогу?

Колдун оторвался от своей настенной живописи, привычным жестом почесал затылок жезлом и в раздумьях загудел какую-то мелодию.

— Основное направление мне известно, — сказал, наконец, он. — Только точного пути туда, наверное, не знает ни один самый старый упырь. Земли волотов — место полумифическое. По преданиям, где-то высоко в горах, между пиками скал, обитает племя великанов с ледяной кожей. Их и зовут волотами. Слухи о существовании этих существ тоже, между прочим, не самые достоверные. Чтобы добраться в те земли, необходимо двигаться к северу, под неустанным уклоном вверх. Про более конкретные пути не слыхал.

— Ясно. Значит, придётся идти по звёздам, — пожал плечами Саня.

— Когда выходим?

— Тянуть не стоит. Пожитков мало, на сборы вряд ли уйдёт много времени. Как проснётся Нес — выдвинемся. Пока пускай отдыхает.

— Скажи, отчего ты всё нянчишься с этим полянцем? — вдруг поинтересовался чародей. — Он тебе брат? Племянник? Лучший друг? Хотя, слишком он молод, чтобы вам быть хорошими друзьями. Откуда такая связь между нашим огольцом и пришельцем? Чего ты о нём так печёшься?

— Сказать по-честному — сам не знаю, — покачал головой Шаман. — Мы с Несом знаем друг друга немногим больше месяца, и то, большую часть времени он провёл в отключке у нордунгов. Что-то, как видишь, заставляет с ним возиться. Я просто не могу его бросить — вот и всё. Словно права на это не имею.

— Чудно, — тихо просипел чародей.

Парнишка проспал ещё часа три, во время которых его спутники томились неловким ожиданием. Осадок былой склоки между Шаманом и Ялкой мешал им вновь наладить нормальный контакт друг с другом, хотя никто уже особо зла не держал. Разве что девушка в отместку постоянно искала повод покритиковать действия землянина или отпустить ехидное замечание по поводу любой его фразы. С Торрисом Сашка вроде как обсудил все насущные дела, поэтому в целом разговор не вязался. Ялка может и нашла бы тему для беседы с диковинным нечистым, однако заданный в самом начале тон их знакомства не позволял идти на сближение. Так и бродили в коридорах старого дома, каждый по отдельности, со своими якобы важными, но на самом деле выдуманными делами. Лишь Мара весело порхала от хозяйки к землянину, жизнерадостно жужжала и старалась побывать в каждом закутке старой постройки, а порой даже с любопытным шелестом приближалась к чародею, пугая того чуть ли не до жалостных воплей.