Через пару часов пути дикари вдруг остановились в одной из пещер, абсолютно ничем не отличающейся от прочих в подземельях Ледяных скал. Поначалу они молча мялись на месте, затем принялись тихонько перешёптываться на своём гортанном языке. Наконец, спустя несколько минут обсуждения, один из них обратился к Шаману:

— Этот проход ведом только нашему племени. Пообещай, что никому не расскажешь?

— Ещё один, — фыркнул Саня. — Могу пообещать одно: если сейчас не приведёте нас к своему поместью, ваши головы покинут насиженные места и отправятся в самостоятельное путешествие.

Воин что-то разочарованно проурчал под нос и повернулся к товарищам по оружию, многозначительно разводя руками. Переговоров не вышло.

Перекинувшись ещё парочкой фраз, черношёрстые дикари подошли к стене пещеры. При внешнем рассмотрении серая скальная порода не выдавала в себе никаких признаков секретного перехода. Там воины опять организовали небольшое обсуждение, в процессе которого решили для себя что-то важное, уверенно закивали друг другу и подняли взгляды вверх. Один из вишаров с сомнением посмотрел на гладкокожих, словно его до сих пор терзали сомнения: стоит ли раскрывать незнакомцам тайны племени в угоду сохранения собственной жизни. Наконец, воин собрался. Он задумчиво почесал затылок и принялся резво карабкаться вверх по стене, цепляясь за едва заметные выступы. Взобравшись на высоту двух своих ростов, дикарь вдруг взял — и неожиданно исчез! Это явление ничуть не смутило его последователя, который с не меньшей ловкостью влез на то же самое место и также потерялся из вида. Оставшиеся пятеро вишаров последовали примеру товарищей.

— Как это у них получилось? — рванул было следом за воинами Нес, однако Шаман схватил парня за плечо.

— Погоди-ка. Ребята нынче отчаянные, легко могут встретить с той стороны клинком под ребро. Не понравились мне их шушуканья. Тем более, кажется, они слышали краем уха, как Ялка настаивала на убийстве колдуна. У вишаров тысяча и один повод прихлопнуть нас. Так что я иду первым.

Шаман взмыл вверх, примерно на тот же уровень, где пропадали вишары, и осмотрел стену. Не увидев особенностей, он ощупал холодный камень рукой. Тут-то и оказалось, что никакой это не камень. На стене пещеры едва заметными волнами с лёгким шелестом очертился овальный дефект высотой в человеческий рост. Сашка просунул сквозь него руку, а через мгновение проник полностью. Оказывается, проход в скале широкими толстыми лоскутами прикрывала некая плотная лианоподобная поросль, цветом и фактурой полностью сливавшаяся с окружающими стенами. Просто чудеса мимикрии.

Сашка очутился в начале длинного узкого коридора, и там его уже поджидали. Дикари держали ладони на рукоятках своих клинков, переглядывались и в целом имели весьма растерянный вид. Словно задумали устроить засаду на первого же гладкокожего, что высунется из прохода, но в последний момент не смогли собраться. Возможно, если бы пространство тоннеля оказалось чуть просторней и позволяло с лёгкостью окружить жертву — подземные здоровяки повели бы себя смелее. Однако из-за узости коридора одновременно кинуться на врага могли от силы два-три воина. Но что могли сделать несколько лохмачей с человеком, который пару дней назад, не особо утруждаясь, расшвыривал их соплеменников налево и направо десятками. Даже пресловутый эффект неожиданности, находящийся в этот раз на стороне дикарей, не внушал им уверенности.

Да и в любом случае — пока вишары сомневались, момент уже был упущен. Через минуту наверх вскарабкался Нес, дикари обменялись друг с другом сокрушёнными взглядами, словно пытались обвинить друг друга в трусости, и группа продолжила движение. Невдалеке, метрах в десяти, коридор упирался в стену. К ней и направились воины. Снова преграда оказалась ложной: лохмачи, раздвигая в стороны маскировочную занавеску из растений, проходили по коридору дальше.