|
Да и лучше ей оставаться в моей памяти, образом мечты, не испорченным мелкими подробностями. Уже поздно, давай спать" Жульену стало грустно, и он как никогда почувствовал себя одиноким. Многое что он говорил, не казалось незыблемой истиной, и постоянно подвергалось сомнению. Жульен хотел кому то доверять, дружить, любить и быть любимым, но он не мог позволить себе такой роскоши. Для того что бы добиться своей цели, он должен перистать быть человеком, он должен отказаться он всех благ, и только тогда появится шанс исполнить давнюю мечту. Хотя и мечта эта уже не казалась такой уж желанной.
Искра не стала спорить, и широко зевнув, свернулась в клубок, не сходя со своего места. Мысленные разговоры постепенно затихли, белые мантии абсолютно не умели скрывать разговорные каналы. Тишина опустилась на лагерь, единственными звуками в котором остались потрескивание веток в кострах, да шуршание травы под ногами часовых...
...отряд двигался единой колонной, пересекая холмистую местность заросшую колючим кустарноком, и уже к полудню достиг указанной цели. Цитадель, которую Триклоп захватил в сражении с белыми рыцарями, не выглядела порожающей воображение, наоборот, это была типичная четырехугольная крепость, защищенная стеной и имеющая одни невысокую башню. Однако строение было выполнено в стиле эпохи тьмы, когда приходилось сталкиваться с сущностями и из других слоев бытия, состояла она из серого камня, а внешнюю стену плотно охватывала сеть защитных заклинаний. Распологалась же цитадель на вершине одного из холмов, такое расположение давало явные преимущества при необходимости отражать атаки превосходящего противника. Жульен удивился тому, как белые рыцари могли уступить крепость, имея численный перевес, хоть тогда при них и не было паладина, гарнизон был вполне достаточный, что бы победить даже сильного мага. Войско расположилось на соседнем с крепостью холме, и не скрываясь начало строиться в атакующий порядок, три волны по сто всадников. Паладин и белые мантии встали чуть в стороне, в очередной раз показывая, что они отличаются от рядовых бойцов. Все были максимально сосредоточены и молчаливы, полностью сконцентрировавшись на предстоящем сражении. Было забавно отметить, что среди обычных рыцарей нельзя было встретить кого то кроме людей, а вот в числе белых мантий, почти половина являлась представителями иных рас. Из числа белых магов ярко выделялась молодая львийка, хрупкого телосложения и с симпатичным лицом, у нее была короткая шелковистая шерстка цвета червонного золота. Возможно жульен обратил на нее внимание, потому, что она отличалась от своих товарищей более целостным мировоззрением, и хоть ей и было только двенадцать, в отличии от остальных она смотрела на мир не через розовую пелену, заставляющую верить в всеобщую благодетель, и долг истребления мрака поселившегоя в душах заблудших. Единственным способом исцеления заблудших, разумеется являлась смерть. Пока паладин и белые мантии готовились к штурму стен, Жульен мысленно потянулся к крепости, и наткнулся на защитную сеть. Он уже давно не был молодым сосунком, который терялся в случае если перед ним возникало сложное препятствие. Вместо того что бы проломиться через заслон, как поступило бы большенство современных магов, он неторопливо обследовал препятствие, убедился, что внешних брешей нет, а затем проник в крепость пробравшись под щитом, который доходил только до основания стены. В цитадели Жульен обнаружил несколько групп воинов, общим числом около пяти сотен, которые расположились в необычном порядке, абсолютно не заботясь о защите стен. Кроме того, по всей видимости, ворота крепостной стены не были закрыты на засов, и даже не имели магической защиты, кроме заклятья слепоты, которое не давало оценить обстановку, снаружи. Отказаться от дальнейшего изучения внутреннего двора, Жульена заставил сильный ментальный удар, который буквально вышвырнул незваного гостя за пределы стены. |
