– Целый капитан? – я удивлённо вскинул брови.

– В Разведывательном Корпусе своя иерархия и свои задачи, капитан у нас совершенно не обязательно равен капитану в Готэй-13, как по силе, так и по влиянию. В одной и той же дивизии, как правило, сразу несколько капитанов, командующих разными отрядами.

– С моим назначением и фактом, что меня никто не знает, тоже всё в порядке?

– Так точно. Настоящий Даисуке Сагара погиб ещё восемьдесят лет назад на задании в мире живых, с тех пор его изображали разные люди, в том числе и я, а после уничтожения последнего состава Совета 46-ти наверху не осталось никого, кто знал бы настоящего капитана в лицо. В то же время, личные контакты внутри Омницукидо крайне ограничены, даже в четвёртой дивизии никто не сможет опровергнуть вашу личность.

– Кроме тебя и твоих коллег.

– Разумеется, – с готовностью кивнул Сейго и тут же усмехнулся: – Но среди нас нет самоубийц и идиотов.

– Не сомневаюсь, – возвращаю усмешку. – Если не секрет, давно служишь Айзену?

– Сто семь лет, – пожал плечами синигами, – ещё с Пятого отряда.

– Ясно. Ну, веди к вещам, а заодно просвети меня относительно тех моментов, что тут нужно знать, – лейтенант кивнул и развернулся к кустам…

Полчаса спустя:

– Сейчас мы в восьмидесятом районе южного Руконгая, до Сэйрэйтэя примерно двое суток пути в сюмпо, потому…

– Всё это хорошо, – прервал я Сейго, поправляя чёрную форму, – но что мне делать с глазами? Сомневаюсь, что для синигами такой цвет естественен.

– Глазами? – лейтенант выглядел удивлённым. – А что с ними не так?

– М? – теперь уже удивился я. Помнится, когда глаза Ичиго наливались схожей чернотой и меняли цвет радужки, кирпичи начинали откладывать не только бойцы Готэя, но и некоторые арранкары. Однако что-то мне подсказывает, что тут дело не в «привычности» шпиона… – У тебя есть зеркало?

Хамура удивился ещё больше, но промолчал и стал рыться в вещмешке, из которого недавно извлёк мою новую одежду.

– Сожалею, капитан, но, боюсь, я не подумал об этом, – разогнувшись через минуту, сообщил синигами.

– Неважно, – в голове как раз возникла одна идея, и я вытащил из ножен Мурамасу.

Поднеся зеркально ровную плоскость клинка к глазам, я на несколько секунд задумчиво замер. Из отражения на меня смотрели обычные человеческие глаза, с белым белком и серой радужкой. Это было… неожиданно. Ведь даже после арранкаризации цвет моих глаз не изменился, разве что когда я надевал гигай, глаза становились карими. Сомнительно, чтобы дело было в климате Общества Душ, а если это не так, то что конкретно я с собой сделал за время пребывания здесь для такой перемены? Хмм… А ведь верно. Потянувшись к силе Пустого, я аккуратно наполнил ей тело, разбавляя реацу синигами, и когда объём обеих составляющих стал примерно равен, тень в уголках глаз дрогнула. По глазному яблоку медленно начала расползаться чернота, полностью покрывая собой белок, и когда она коснулась радужки, та резко налилась багровым сиянием. Секунда – и вот из отражения на меня смотрят привычные глаза Пустого.

– Всё ясно, – я вернул глазам прежнее состояние и убрал клинок в ножны. – Мы можем идти.

– Да, сэр, – Сейго, внимательно наблюдавший за всем происходящим, никак внешне не выдал своих чувств. Хотя если судить по привкусу эмоций, промелькнувших в его духовном фоне, подобное преображение глаз он уже видел.