– Халлибел-сама… – с умоляющими нотками в голосе сквозь зубы хором прошипели Апачи и Мила Роза, не зная, куда деть глаза.

– Согласна с рогатенькой и блохастой, – игриво сообщила Сун-Сун у меня с груди. – Это действительно неприятно, но не настолько, чтобы мы не могли этого выдержать.

– Ах ты, пресмыкающееся!.. – всё тем же хором вызверились означенные.

«Пресмыкающееся» хихикнула и ещё сильнее прильнула ко мне.

– Это неважно, – не обращая никакого внимания на привычную перепалку подопечных, сложила руки на груди Тия. – Я знаю, что вам это неприятно, и мне этого достаточно.

– Простите, Халлибел-сама… – теперь хор был тройным. Какие они всё-таки очаровашки…

– Хорошо, тогда я сам посмотрю. Или ты со мной?

– Да, – фигуру Трес окутал жёлтый вихрь спиритонов, и спустя миг она стояла в своём обычном облике, с воротом на половину лица.

Я кивнул и вошёл в сонидо. Для тренировки мы, как обычно, вышли в пустыню и отошли от Лас Ночес довольно далеко, для того же, чтобы добраться до источника реацу нового члена Эспады, город требовалось обогнуть по касательной и пройти примерно такое же расстояние. К слову говоря, если не использовать техники вроде сонидо, то чтобы обойти Лас Ночес по кругу, вдоль внешних стен, потребуется больше месяца.

Совершив несколько прыжков, на каждом дожидаясь Тию, я наконец-то добрался до нужного места, а пару секунд спустя ко мне присоединилась и блондинка.

– Тия Халлибел и… Алукард? – повернулся к нам арранкар с апатичным лицом.

Он находился в ресуррексионе: белое, закрытое и похожее на платье одеяние до самой земли; стоячий воротник; дыра пустого под самой шеей; костяной шлем с широко разнесёнными боковыми рогами; бледная, почти сливающаяся цветом с одеждой кожа, две пигментные полосы, проходящие от глаз до подбородка, будто слёзы; ярко-зелёные глаза с вытянутым зрачком и, конечно же, крылья: широкие, кожистые, местами покрытые мехом, как у летучей мыши. И реацу у него хорошая. Сильная, густая, призванная убивать. В её объёме он уступает Тие, но очень незначительно – достаточно, чтобы в случае поединка рассчитывать на успех.

А вот по его интонации невозможно даже понять, он вопрос задал или просто констатировал факт. И в реацу полный штиль – ледяная гладь озера. Хотя при нашем появлении там и прокатилась небольшая волна настороженного удивления.

– Вы что-то хотели? – продолжил разговор арранкар, не спуская с нас бесстрастного взгляда.

– Нет. Я некоторое время отсутствовал, вот и решил посмотреть на нового члена Эспады и поприветствовать его.

– Ясно, – кивнул пустой. – Вы удовлетворены увиденным?

– Пока не знаю…

– Господин. Его занпакто. Мурсиелаго. Он имеет разум.

– Ты уверен, Мурамаса? – глупый вопрос, но это известие несколько выбило меня из колеи. Случай уникальный, ведь не подсуетись я в той истории с Когой, велика вероятность, что мой меч не имел бы разума, пусть я и не обычный Пустой.

– Да, – ответил занпакто. – Более того, он активно взаимодействует с этим арранкаром и, как и занпакто синигами, обучает его пользоваться собой.

– Тебя не заметили?

– Нет, я лишь наблюдаю издали, и заметить меня нельзя. Если вы пожелаете узнать возможности Мурсиелаго, то мне придётся подобраться ближе, и вот тогда уже шансы обнаружения повысятся. Он довольно силён.

– В этом нет необходимости. Того, что ты рассказал, уже вполне достаточно.

– … Не мог бы ты использовать на мне своё Серо? В полную силу, – делаю пару шагов в сторону, чтобы Тию не задело.

В духовном фоне Улькиорры вновь скользнуло удивление, которое тот даже продемонстрировал, слегка вскинув бровь, но быстро успокоился.