– Да, хозяин, – раб способности Мурамасы принялся послушно писать, глянув ему через плечо и оценив детали, лишний раз убедился, что мать Луричиё умерла не сама. Ей в этом помог… Я остановился и ещё раз прочитал три короткие строчки. – Что это за техника – влезание в чужую кожу?

– Одна из старых разработок. Пригодна только на слабых душах. При убийстве требуется применить кидо консервации образа и реацу, далее подготовленный убийца надевает снятый образ. Его реацу скрывается остаточной реацу жертвы. Определить подмену практически невозможно, – н-да, весёлые люди эти оружейники. Сколько всего полезного у них есть. И это только «Старший» клан. Что же тогда может быть в закромах у «Великого»? Хотя… Та штука, запечатавшая совокупную мощь тысяч сплавленных воедино занпакто, кажется, как раз от Шихоуин.

– У тебя есть образцы?

– Да. В моём доме. На третьем этаже, вторая комната справа. Хранилище в секретной комнате за книжным шкафом. Чтобы попасть в него, необходимо том сочинения Оды Нобунаги поменять местами с «Историей эпохи Эдо» и вдавить свиток «Мастерство Каллиграфии» в заднюю стенку шкафа, – ответил будущий труп, продолжая писать своё сочинение. Блин. Вот заморочились-то как! Что же так сплоховали с местом для заговора? Ну и задал я Кумои этот вопрос. Ответ оказался прозаичным. От кого-либо шифроваться ему уже было не нужно, поскольку, за исключением двух личных слуг наследницы клана, все остальные нерядовые члены были или на стороне данного старейшины, или мертвы.

Через пару минут старик закончил своё сочинение. Состояние его опять начало ухудшаться, но ещё на чуть-чуть должно было хватить.

– Теперь пиши, что осознал и раскаиваешься, а потому уничтожаешь «проклятое оружие» и всех, кто о нём знал, после чего, – вытаскиваю из внутреннего мира один из бакото, – убей себя, скормив этому клинку своё тело.

– Будет исполнено, хозяин, – всё так же невозмутимо ответил «раскаявшийся» глава младшей ветви и, шустро оформив предсмертную записку, «подключился» к оружию, став тянуть из него реацу. Бакото сразу же начало жрать организм оружейника, и чем больше он тянул силы, тем больше оружие поглощало его тело. Через минуту от уже бывшего старейшины не осталось ничего, бакото переварило даже собственный металл, свернувшись в шар-глаз. Наблюдая за этим процессом, ещё раз убедился, что арранкарам пока что сииильно далеко в плане технического развития даже до клановых разработок, а мысль подорвать весь Двенадцатый Отряд уже не казалась столь радикальной, как раньше. Хотя там сейчас уже может сидеть Сой-тян, да и внимания к нему привлечено многовато. Может, в следующий раз.

Свернувшийся в шарик бакото я банально раздавил. Пусть лучше синигами считают эту штуку «одноразовой», чем ищут, куда исчез образец очень неприятного оружия. Касательно же резни младшей ветви… Вряд ли следователи поверят в версию с раскаявшимся/рехнувшимся оружейником, да и у капитана Второго Отряда, когда я говорил о «прогулке», взгляд был очень выразительным, но вот формально предъявить кому-либо что-либо будет нереально. А домыслы, как известно, к делу не пришьёшь. Ну и заставить Сой-тян лишний раз поскрипеть мозгами и поиграть в теорию заговора будет весело, впрочем, это я уже упоминал. Ладно, тут я закончил, заглянем по указанным координатам и можно отправляться домой – закинуть образцы Ран’Тао, скинуть стресс с Кин и Сёри, увидеть Тию… Да и полевые испытания подчиняющей способности Мурамасы показали, что работать в этом направлении ещё и работать. И, с учётом перечисленных проблем, отрабатывать технику на низших пустых будет решением оптимальным. М-м-м, сколько дел! Ну и настроение существенно повысилось.

Выбравшись из квартала Касуми-Одзи и переместившись подальше от обжитых мест, я открыл гарганту в Хоэко Мундо…

Чуть позже.