— Хорг, — окликнул здоровяка, — Если сторону сделать не полтора, а метр двадцать, площадки хватит?

Хорг оторвался от работы, прикинул в уме и кивнул.

— Для одного хватит, но впритык. Вопрос только, нахрена городить, когда у тебя вон нормальное бревно лежит, — он махнул в сторону сложенных бревен, которые остались от старой вышки. Точно же, одно из них вполне пригодно для использования! Да и остальные сгнили только внизу, тогда как верхнюю часть тоже вполне можно использовать в строительстве.

Я настолько увлёкся арифметикой короткого бревна, что совершенно забыл про старые столбы, которые сам же и разобрал пару часов назад. Одно бревно от прежней вышки вполне крепкое, гниль если и есть, то только в нижней трети, а верхние два с лишним метра здоровой древесины. И остальные три, пусть и подгнившие сильнее, тоже имеют годные участки, которые можно нарезать на перемычки и раскосы.

С таким запасом материала расклад меняется полностью. Короткое новое бревно плюс здоровые куски от старых столбов, плюс жерди, и вот уже хватает не только на два пояса обвязки, но и на раскосы, ступени лестницы и ограждение площадки. И сторону треугольника можно оставить полтора метра наверху, не ужимаясь до метра двадцати. Мало того, с таким запасом можно подумать даже об улучшении конструкции, но сначала лучше посмотреть повнимательнее и подумать.

— Верно, — кивнул я, мысленно перекраивая всю схему, — Из старого бревна вырежем верхнюю часть, она крепкая. И из остальных тоже наберём кусков на перемычки, если отсечь гниль.

— Вот именно, — Хорг ткнул пальцем в сторону сложенных у стены старых столбов, — Чего добру пропадать. Гниль срежем, а что годно, пустим в дело.

Подошёл к старым брёвнам и осмотрел их заново, уже не как строительный мусор, а как ресурс. Первое, крепкое, отмерил от верхнего среза: два метра чистой древесины без единого пятна гнили. Отличная заготовка для перемычек нижнего пояса. Второе похуже, гниль забралась выше, но пару метров тоже вполне можно набрать. Третье грустное, но пару метров наберем, и четвёртое совсем кислое, едва ли наберется метр нормальной древесины, хотя и это тоже пустим в дело.

Итого в распоряжении: два с половиной метра нового короткого бревна, два куска по два метра от крепкого старого столба, метр последнего и россыпь коротышей. Плюс десяток жердей от старой площадки. Для треугольной вышки с двумя поясами обвязки, раскосами и лестницей этого хватит с запасом.

— Хорг, а если столбы поставить еще шире? Не так вертикально, как сейчас, а еще больше в распор? — решил озвучить следующую мысль, пока здоровяк не остыл. Да и бревна теперь хватает, так что вполне можно реализовать. — Внизу пошире, наверху поуже. Как ножки у табурета.

Хорг перестал тесать и посмотрел на меня. Несколько секунд молчал, потом медленно кивнул, и по этому кивку было видно, что идея легла на знакомую почву.

— Это дело, — произнёс он. — Табурет на прямых ножках шатается, а на раскосых стоит. Для вышки то же самое, ветром не раскачает.

Вот и объяснять не пришлось. Хорг пользовался этим принципом каждый день, просто никогда не переносил его на строительство вышек, потому что вышки всегда ставили прямо, и точка. Стоило назвать знакомое слово, и связь выстроилась мгновенно.

А для меня распор означал нечто большее, чем устойчивость к ветру. Столбы, расходящиеся книзу, образуют усечённую пирамиду с треугольным основанием. Центр тяжести конструкции расположен значительно ниже, чем у вертикальной, а опорная площадь внизу больше площадки наверху.