Слепил ещё несколько штук, уже не экспериментируя, а работая в найденном ритме, пока руки помнят правильное усилие и правильную дозировку. Каждая пластинка ложилась на бревно, принимала форму, твердела и отправлялась под навес к остальным. Монотонная, спокойная работа, от которой не устаёшь, а скорее наоборот, отдыхаешь после суматошного дня.

Остановился, когда понял, что глаза закрываются сами, и не от потока, а от обычной человеческой усталости. Посмотрел на результат: десяток черепичек лежал аккуратным рядом под навесом, и даже в тусклом свете догорающего костра было видно, что первая, в которую вложил больше всего, отличается от остальных. Чуть темнее, чуть плотнее на вид, и если щёлкнуть по ней ногтем, звук выходит короче и твёрже.

[Основа: 4/15]

Четвёрка из пятнадцати, не катастрофа, но и не запас, так что в этот раз решил не выматываться досуха и не повторять прежних ошибок. Завтра тяжёлый день, столбы сами себя не поставят, а Хорг велел не опаздывать и выспаться, и это один из тех случаев, когда здоровяк абсолютно прав.

Убрал инструмент, накрыл остатки глины мокрой тряпкой, чтобы не засохла к утру, и зашёл в дом. Лёг на солому, сразу подумав о том, что надо было выторговать у плотника еще и кровать, накрылся и закрыл глаза. Последней мыслью перед тем, как провалиться в сон, была арифметика, куда же без неё. Два серебряка за первую вышку, два за вторую, это четыреста медяков, если в пересчёте. Настоящее богатство по меркам прежнего Рея, но нынешнему явно мало и он уже прикидывает, на что потратить. Топор, нож, может даже приличную одежду, чтобы не ходить по деревне как огородное пугало.

Хотя одежда подождёт, инструмент куда важнее, ведь одежда не построит вышку и не наловит рыбу. А вот хороший топор и нож превращают подмастерье из подсобника в работника, и это стоит любых денег.

Уснул с этими мыслями, и снились мне, как ни странно, не серебряки и не черепица, а почему-то итальянец, который давит виноград и удивляется, что вино получается из глины.

* * *

Проснулся от ора петуха и минуту лежал, собирая мысли обратно в кучу. Сегодня столбы, заливка, начало каркаса. Тяжёлый день, как и обещал Хорг, но тяжёлый в хорошем смысле, когда знаешь, что делать и зачем. Глянул на черепицу под навесом, первая пластинка уже заметно посветлела и при щелчке отозвалась звуком, который мне определённо нравился. Сохнет, и сохнет очень даже хорошо, как будто каким-то магическим образом. Впрочем, так оно, по сути, и есть.

[Основа: 7/15]

За ночь восстановилось неплохо, с семёркой можно спокойно отработать день на стройке и не бояться, что свалюсь посреди площадки. Тем более, что на каждом этапе будет прилипать все больше и больше, а особо тратиться я и не планировал. Так, буду вливать по крохе, чтобы конструкция стала чуть лучше, но не более того. Это дозорные вышки, а не полноценные башни для ведения стрельбы по противнику, так что делать из них что-то особенное было бы слишком расточительно.

Перекусил остатками вчерашней рыбы, запил водой, подхватил лопату, впрягся в телегу и зашагал к площадке. Утро выдалось прохладным, но ясным, и к тому времени, как добрался до места, солнце уже поднялось над частоколом и начало прогревать землю. Площадка встретила меня тем же видом, что и вчера вечером: три ямы с каменной обкладкой, брёвна, подготовленные Хоргом, щебень, клинья. Всё на месте, всё готово, осталось дождаться напарника и приступить.

Раз уж время есть, прошёлся по ямам, проверил еще раз. Стенки не осыпались за ночь, каменная обкладка держится, щебёночная подушка на месте, всё в порядке. Потрогал известь в мешке, порошок сухой, мелкий, без комков, прокалился на совесть. Сегодня вставим столбы, зальём смесь в ямы, и к обеду, а скорее к вечеру, схватится настолько, что можно будет строить дальше.

Пока ждал, решил накрошить щебня про запас. Крупные камни, оставшиеся с прошлого раза, лежали у края площадки, и кололись ломиком вполне удобно, особенно, если бить по линии естественных трещин.