Подождал минут пять, пока Хорг спустился за очередной порцией черепицы. Перехватил его у подножия, сунул под нос набросок будущей башни и начал объяснять, тыча пальцем в размазанные линии.

— Монолитные столбы, кирпичная кладка, жидкий камень для заливки, арматура из железного дерева. Четыре уровня, бойницы, лестница внутри.

Хорг посмотрел на чертёж, потом на меня, потом снова на чертёж. Прищурил один глаз, пожевал губу, и по лицу его было видно, что внутри происходит одновременно несколько процессов: он пытается разобрать мои каракули, соотнести их с реальными размерами, и при этом не послать меня подальше.

— Жидкий камень — это как мы делали с горячей заливкой? — наконец буркнул он. — Но так не пойдет, для столбов надо опалубку, а ее распирать будет, в итоге все покрошится. Надо что-то другое думать… Хотя видел я одну технологию, вполне может подойти…

Хорг задумчиво поскрёб подбородок ногтями и прищурился на чертёж так, будто пытался разглядеть в нём что-то, чего там не нарисовано.

— Когда в городе строили замок лорда, приезжал один мастер, не из наших, откуда-то с юга. Показывал, как правильно известь готовить. Не горячим замешиванием, а по-другому. Они обожгли камень в печи, двое суток без перерыва жгли, пока куски не побелели и не стали лёгкими, как сухой хлеб. Потом выкопали здоровенную яму, залили водой доверху и начали кидать туда эти куски.

Он замолчал, пожевал губу и сплюнул в сторону, видимо, вспоминая подробности.

— Шипело так, что лошади на конюшне шарахались. Бурлило, пар столбом, вонь на всю округу. Давали чуть остыть и подкидывали ещё. Куски, которые не растворились и всплыли, вылавливали и выбрасывали, а на дне оседала белая каша, густая, как тесто. Её собирали вёдрами и мешали с песком для кладки. Стена потом стояла так, что ломом не возьмёшь.

— Сам работал? — уточнил я, стараясь, чтобы голос звучал ровно и без лишнего интереса.

— Нет, — Хорг мотнул головой. — Меня к замку не допустили, молодой был, рылом не вышел. Но видел всё своими глазами, стоял за оградой и смотрел, как они возятся. Запомнил крепко, тогда всё крепко запоминалось… — вздохнул он.

И всё-таки хорошо, что он вспомнил что-то подобное, так еще и сам рассказал. Потому что именно это я и собирался предложить, гашение извести, классический способ получения строительного вяжущего, известный в моём прежнем мире со времён Римской империи. Но предложить означало объяснить, откуда четырнадцатилетний деревенский подмастерье знает технологию, которую и в городе-то применяют единицы.

А стандартная отговорка «ты сам рассказывал по пьяни» работает всё хуже с каждым днём, потому что Хорг в последнее время с выпивкой завязал. Уже несколько дней сухой, взгляд ясный, руки не дрожат, и запой пока не предвидится. Может, ответственность за обороноспособность целой деревни как-то подстегнёт его держаться и дальше, хотя загадывать не стану.

Хотя, если даже снова сорвётся, у меня к тому моменту будет готовый план строительства, проверенный и расписанный по шагам, и ни один запой его не перечеркнёт. Правда, голова лопается от понимания, какой путь придётся пройти, чтобы всё это воплотить в жизнь. Одно дело нарисовать башню на обороте чужого чертежа, и совсем другое её построить.

— Точно, — кивнул я, — Получим известковое тесто, размешаем с песком и пуццоланом, и выйдет действительно прочно, пусть Кральд хоть лбом долбится! Для столбов подойдёт идеально, и опалубку не разнесёт, если замешать правильно.

Хорг посмотрел на меня, и во взгляде его мелькнуло что-то неопределённое. Не удивление, нет, удивляться моим познаниям он, кажется, уже перестал, но и не одобрение. Скорее молчаливая констатация того, что мелкий опять знает больше, чем положено, и спрашивать, откуда, уже бессмысленно.