Путь Тобаса явно не какая-нибудь мирная разновидность, это что-то боевое, заточенное на разрушение, удар и пробой. И наблюдать за тем, как чужая Основа ведёт себя в момент контакта с материалом, оказалось неожиданно полезно. Не потому что я собираюсь копировать его технику, а потому что мой собственный Путь Разрушения, который сейчас застрял на двадцати двух процентах и отказывается расти без практики, работает по схожему принципу. Ломать, а не строить. Вопрос только в том, как именно ломать правильно.

Бедолагам пришлось таскать срубленные деревья к реке, и работа эта оказалась далеко не лёгкой. Железное дерево весит раза в три больше обычного, и каждый ствол приходилось волочить вдвоём, а иногда и втроём, надрываясь и ругаясь сквозь зубы. Тобас тем временем красовался и рубил одно дерево за другим, входя в раж и явно наслаждаясь собственной мощью. С каждым ударом концентрация Основы на лезвии становилась плотнее, а движения увереннее.

А мне оставалось наблюдать, копить собственную Основу и запоминать, как пользуется своими силами сын старосты. Полезнейший урок, который он даёт мне совершенно бесплатно и даже не подозревает об этом. Впрочем, и Тобасу эта работа на пользу, потому что тренировка есть тренировка, даже если ты думаешь, что просто рубишь дрова.

Понаблюдав ещё немного и убедившись, что рабочий процесс идёт без заминок, я решил, что торчать на месте без толку больше не намерен. Тобас рубит, его приятели таскают, дело наладилось, и моего присутствия для этого не требуется. А вот внутри зудело кое-что другое, и зудело всё настойчивее.

Разрушение… Двадцать два процента, и ни шагу вперёд уже который день, хотя и регресса нет, все-таки иногда я его применяю, пусть и недостаточно для роста. А вот созидание тем временем растёт при каждой стройке, при каждом обжиге, при каждом правильно положенном кирпиче, ему вообще живется прекрасно.

Заняться уничтожением всего сущего прямо здесь и сейчас? Ну да, было бы как минимум весело, но свидетели мне не нужны, особенно такие. Зато никто не мешает прогуляться.

Отошёл от рощи в сторону леса, туда, куда Тобасовы дружки даже не смотрели. От тропы, да и вообще хоть сколь-нибудь исхоженных мест довольно далеко, так что вокруг остались только деревья, кусты и тишина, которую нарушал лишь удаляющийся стук топора. С каждым шагом звук становился глуше, потом превратился в далёкое постукивание, а вскоре растаял окончательно, уступив место птичьему щебету и шелесту листьев.

Хорошо тут, тихо, спокойно, и никто не дёргает. Но топор все равно прихватил с собой, да и нож из рук выпускать как-то не хочется.

Шёл без определённой цели, просто двигался, слушал лес и пытался уловить ощущения, которые возникают при работе с Разрушением. Недавно, когда глина взорвалась у Эдвина на столе, я выпустил энергию обеими руками навстречу, и она столкнулась внутри бруска, разнесла его в мелкие ошмётки.

Это и было Разрушение в чистом виде, пусть и случайное, пусть и неконтролируемое, и эти ощущения стоит запомнить. Взрывать я люблю, это было для меня не просто работой, но и действительно занятием для души. В этом мире взрывчатку пока не изобрели, у меня тупо руки не доходят, но этот кусок глины разлетелся так красиво…

В какой-то момент до ушей донёсся тихий плеск…

Не река, слишком далеко от берега. Что-то поменьше и поближе, негромкое журчание, пробивающееся сквозь заросли. Ручей? В лесу вполне вероятно, грунтовые воды тут должны выходить на поверхность.

Во рту пересохло, и мысль о воде оказалась удивительно своевременной. Пить из лесного ручья не каждый рискнёт, но мне Основа позволяет не переживать о таких мелочах. Первая ступень даёт организму достаточно устойчивости, чтобы справиться с любой бактерией, какую только можно подхватить в местной воде, так что даже из болота пей на здоровье, если совесть позволяет.

Повернул на звук и через несколько минут продрался сквозь особо густой подлесок.