— Ну вот ты слушал, и все равно не понял, — невозмутимо заметил Бьёрн. — Рей, ты давай как-то попроще сначала, мы ж не видим, что у тебя там в голове творится, а ты изъясняешься так, будто на другом языке говоришь.

А ведь почти угадал. Половина того, что я только что рассказал, пришла из жизни, в которой рельсовый транспорт считался настолько обыденной штукой, что даже дети знали, как устроены вагоны. Здесь же колесо на оси до сих пор воспринимается как вершина инженерной мысли, и попробуй объясни людям концепцию, для которой у них нет ни слов, ни образов.

— Да ничего заумного, — вздохнул я и развернулся лицом к стене, чтобы показать руками. — Вот частокол, вот мы на нем стоим. У нас есть два метра пространства сверху, от края до края. Вот здесь, — указал на наружный край, тот, что смотрит в сторону леса, — будут стоять защитники. Стрелять по врагу из луков, кидаться камнями, известью негашеной, чем попало. Это их место, и его трогать нельзя.

Хорг кивнул, с этим спорить было бы странно.

— А вот здесь, — я развернулся и указал на внутренний край, тот, что обращен к деревне, — пройдет дорога. Два длинных ровных бревна вдоль всей стены. Одно слева, другое справа, на одинаковом расстоянии друг от друга. Между ними ничего, просто щель. И по этим бревнам будет кататься тележка. Колеса у тележки стоят ровно на бревнах и катятся только по ним, свернуть в сторону не могут.

Для наглядности присел и провел пальцем по поверхности стены, нарисовав две параллельные линии.

— Два бревна — это направляющие, — ткнул в линии. — Вот дорога. Поставил на нее тележку с баллистой, толкнул, и она покатилась. Враг появился на севере, катим все баллисты на север. Выскочил с запада, перекатили на запад. Не надо таскать на руках, не надо разбирать и собирать, просто толкнул и поехало.

Бьерн наконец-то обернулся и глянул на мои нарисованные линии с чуть большим интересом, чем до этого глядел на лес.

— Ладно, допустим, представим, что я понял, — Хорг махнул рукой и прищурился. — Два бревна, и по ним будет кататься тележка с баллистой или камнями. Грамотно, может сработать, если сделать нормально и оно правда будет кататься именно так. Представим, что ты каким-то образом сумел сделать эти твои направляющие одинаково ровными на всем пути, выложил их ровно, без перекосов и так, чтобы они не разъезжались. Но где людям-то ходить тогда? У нас толщина стены два метра…

— Один хорг, метрами этими твоими никто не пользуется, — хохотнул Бьёрн.

— А ну рожу зашнуруй! — рыкнул Хорг и ткнул в него пальцем, но тут же повернулся обратно ко мне. — Так вот, где защитникам развернуться? Им хоть полтора метра надо, чтоб не толкаться и хоть как-то бегать можно было. А если ты свои бревна тут проложишь, это ж полстены займет, и куда им потом деваться?

Вопрос по делу, и вопрос серьезный. Прикинул в голове, потому что Хорг прав, даже если направляющие сами по себе не широкие, место они сожрут, и защитникам станет тесно. На узкой стене тесно и без всяких бревен, а если еще и тележка поедет, народ друг друга просто столкнет вниз.

Но в голове тут же вспыхнула свежая идея, причем по ощущениям идея эта начала биться о стенки черепа и требовать выпустить ее наружу вот прямо сейчас.

— Так давай вынесем одну направляющую сюда, за край, и все! — я шагнул к внутреннему краю стены и показал рукой вниз. — Поставим подпорки, закрепим каждую шпалу за бревно частокола, и наша дорога будет выступать наружу на полметра, нависать над землей внутри деревни. А защитники останутся тут, на стене, и им ничего не мешает!

Хорг подошел к краю, глянул вниз, потом обратно на меня.