Я сначала хотел отвертеться от ответа простым пожатием плеч, но словно я не владел своим голосом, произнес:

- Да.

- Тебе страшно?

Не подумайте обо мне плохо, но я сказал честно:

- Да. Страшно.

- И, наверное, так же не представляешь, как жить дальше, если Прот не придет в себя?

Тут я просто кивнул.

Она тоже кивнула в знак понимания моей честности. Да кто я, Рог побери, что Правители мне выдают грамоты, ставящие меня над законом, а Боги советуются и разговаривают на равных почти?! Я простой офицеришко жандармерии. Я, презренный смерд только волей богов, поднявшийся так высоко в звании. Хотя часть трудов моих вложена все же была. Ну ладно боги… ладно Принцы. Но красивейшая и знатнейшая женщина планеты ведет со мной доверительный разговор.

Ролл непонятно для меня улыбнулась и сквозь нездоровый блеск глаз, я вдруг заметил еще нечто смахивающее… на радость что ли.

- Я помню, как он первый раз повез меня в капсуле вокруг планеты и на большую луну. Ты представляешь? Я его ненавижу, а он меня катает и показывает мне мир, в котором я стала хозяйкой. Я тогда горевала об Апрате и даже не поняла, что он подарил мне не область, не страну, а мир. Глупая была. Я была благодарна ему за тот полет. Даже сейчас благодарна. Я поклялась, не смотря ни на что, я никогда не предам его и не ударю в спину. А он дурачок наверно буквально до последних лет боялся исключительно меня и только меня. Он никого не боялся ни Его Величества. Ни правящего совета Земли. Он говорил, что они далеко. А враги… настоящие враги всегда близко. Кажется, он думал, что я его так и не простила. И лишь однажды я попыталась объясниться с ним. Сказать, как я его глубоко уважаю. Как благодарна ему и за свой народ и за планету в целом. Муж тогда очень ревновал меня. Было пару неприятных моментов. Сейчас смешно вспоминать, а тогда я испугалась, что из-за меня Игорь предаст Виктора. Какая только чертовщина в голову не лезла. Я поклялась, что не дам повода им поссориться. Они могли поссориться из-за многого. Каждый же личность со своими мыслями и идеями. Но я не хотела стать поводом. Я больше не пыталась объясниться. А он продолжал опасаться моей мести, которой и быть не могло. Как все глупо. Только, когда у меня должен был родиться мальчик, Прот спросил, как я назову его. Я сказала, что Виктором. Тогда мне кажется, он и догадался. Догадался, что я не опасна и его друг. Наверное, больше друг, чем даже Игорь. Игорь его верный товарищ. Всегда был и, наверное, останется таковым. Товарищ неспособный на предательство. Но способный отстаивать свои мысли. Свое понимание дела. А я… А я тот друг, который принимал Виктора таким, какой он есть. Он до самого последнего дня, как мне кажется, оставался мальчишкой. Дурашливым. Веселым. Самозабвенно преданным любимой игрушке - Ивери. Исследующим ее тайны. Гоняющимся за призраками ее замков. Спасающим ее жителей. И в тоже время жестокого… Но все дети жестоки и не осознают своей жестокости. Он играл в солдатики, а гибли тысячи. Иверь никогда не оправдает его за это. Но она воздаст ему должное за то, что он кровью и мечом за эти года протащил ее от железного века до века индустриального. За то, что сейчас люди Земли уже не могут себе позволить нас просто колонизировать и покорить. Уничтожив для удобства девять десятых населения.

Она замолчала. Ее губы ставшие на мгновение жесткой тонкой черточкой снова расслабились, и она улыбнулась.

- А ты знаешь Кротаг, что он любил?

Я вообще выпавший из реальности при таких откровения только помотал головой отрицательно.

- Помнишь поэта сосланного за вольнодумства и призывы к уходу Богов на архипелаг Ксенолога? Ну, нашумевшее дело, ты должен знать.

Я кивнул. Я помнил.

- Виктор к месту и не к месту частенько цитировал его лирику. Казалось, он знает стихи поэта все и наизусть. Представляешь.