Минута молчания. Вот так-то святоша! Думал легко быть хранителем избранного-подростка? Алестер не сводит своего пристального взгляда с девушки, догадаться не сложно, что он сейчас слышит ее мысли.

— У нее там встреча с подругой. Ей не хватает общения. — констатировал ангел все так же не отводя взгляд.

— Ну и что?! Мне нельзя уже пообщаться с подругой? — спокойно отвечает девушка.

— Это очень опасно Елена. Понимаешь?

— Ну, вы же со мной. Что может произойти?

— Ты…

— Алестер, — осторожно начинаю я. — желание подчиненного — закон. Не мне тебе рассказывать. Она не пленница. Она избранная. И, по сути, она может делать все что захочет, наша работа это ее безопасность. Понимаешь? Безопасность. Мы должны ее только защищать, а не прятать под домашним арестом, и принимать за нее решения.

— Ну ты то куда лезешь?! — театрально закатив глаза огрызнулся ангел. От него так и веяло яростью и злостью.

— Она не пленница Алестер. Посмотри в своей книжечке, там об этом должен быть целый пункт. Я бы на твоем месте сделала…

— Все что ты могла, ты уже сделала! Из-за тебя ее убили! Я не хочу повторять твоих ошибок! — тьма внутри меня снова зашевелилась.

— Ну да, ты же у нас такой правильный! Да ты посмотри в книжечке своих правил, можно ли тебе вообще дышать! — его холодный взгляд полный гнева и отвращения. Если бы можно было убивать взглядом, я бы уже была мертва.

— Что мне можно, а что нельзя, это не твоя забота! Ты маленькая выскочка! Сама-то давно отошла от правил?! Ах, да! В тот день, когда ты от них отошла, ты стала демоном! Монстром. — теперь тьма не просто шевелилась внутри, она буйствовала.

Она рвалась наружу. Она просто разрывала меня изнутри. Хотелось все разрушить, или очень сильно ударить этого самоуверенного ублюдка. Сжав руки в кулаки, я старалась не дать чувствам взять надо мной верх.

— Можешь оставаться, ты ей не отец, а всего лишь хранитель. — четко проговорив каждое слово я вязла Елену за руку и свернула в переулок, который был короткой дорогой к парку.

Елена в недоумении смотрела то на меня, то на Алестера, который остался позади.

— О нет! — взвыл от ярости парень. В считанные секунды, догнав нас, он бережно отодвинул Елену от меня.

— Наш ангелочек злиться? — лицо парня буквально побелело от ярости. Челюсть сжата, а глаза сузились от злости.

Защитный контур над Еленой возник так быстро, что я и сообразить то не успела. В руках у парня появился призрачный меч, он появлялся и исчезал по воли хозяина. Такие мечи слушались только хозяина. Его нельзя было украсть, или подчинить чужой воле. Меч сам выбирал хозяина, а не хозяин меч.

Крылатый хочет поиграть? Что же, я тоже не против. Занося меч, он целиться мне в ноги, но я ловка уворачиваюсь. Еще один выпад сбивает меня с ног, и я падаю на землю. Спину саднит от удара, но я быстро поднимаюсь на ноги. С моих пальцев срываются невидимые нити и окутывают руки парня. Рывок. Меч исчезает. Снова призываю нити и с помощью них, отбрасываю парня в стенку, тот с глухим стоном опускается на землю. В его глазах читается гнев.

Он ненавидит меня.

— Мерзавка! — соскакивая на ноги, парень снова призывает меч.

В его глазах ярость, руки ловко наносят удары. Алестер был достойным противником, и отличным воином. Подняв с земли ржавую трубу, я использую ее как меч, отбивая атаки парня. Искры огненным фейерверком разлетались в стороны, окутав нас тысячей огоньков. Тьма ликовала. Но этого ей было мало. Ей нужна была кровь. Жизнь. Последнее дыхание. И я поймала себя на мысли, что согласна с ней.