- Так, получается, их около пятидесяти человек… Значит, надо брать банду, когда она будет уходить с награбленным, - решил Сербин. – Они ведь все равно придут к лошадям. Ты, Евсей, бери с собой разведчиков и эскадрон Журавского, заходите слева. Укрывайтесь в садах. А я с эскадроном Бабенко пойду справа – в пристанционный сквер. Как только бандиты подойдут к лошадям, отсекаем их от станции и со стороны улицы, и бьем! Сигнал к атаке – граната.

               Казаки ушли с улочки и задами, укрываясь за домишками селян, вышли к станции…

               Ждать пришлось не долго. Уже через полчаса из-за приземистого станционного здания показались первые бандиты, нагруженные тяжелой поклажей. Разгоряченные удачным набегом, они весело перешучивались, толкались тюками и саквояжами, отнятыми у пассажиров…

               Сербин жадно вглядывался в толпу бандитов, ожидая увидеть фигуру в длинном кожаном пальто, но Сердюка не было видно. Лишь за окном станции вдруг мелькнула и тут же исчезла долговязая тень в коже… А может, показалось…

               Бандиты, тем временем, уже заканчивали увязывать вьюки. «Если сядут на коней, часть бандитов сможет прорваться и уйти» - подумал Сербин. Он привстал в стременах и, широко размахнувшись, метнул гранату в скопище врагов. Еще не успела осесть пыль от взрыва, как казаки Летучей сотни, завывая по-волчьи, ворвались в гущу ошарашенных бандитов, раздавая удары направо и налево.

               Сербин, срубив по пути троих, молнией домчался до станционного здания и, спрыгнув с коня, ударом ноги вышиб дверь. Из-за двери на него накинулись с обнаженными шашками двое бандитов, а в проеме, ведущем к выходу на перрон, мелькнуло и исчезло кожаное пальто. В отчаяньи от того, что из-за этой задержки Сердюк может уйти, Леонид в минуту расправился с напавшими на него бандитами и выбежал на площадь.  Вскочив в седло, он обогнул здание станции и, вырвавшись в степь, поскакал вдогон за Сердюком, который уходил вдоль поезда. Обойдя стоящий на путях разграбленный состав, пассажиры которого в ужасе забились под лавки в вагонах, он увидел далеко в степи  удаляющиеся фигуры четверых всадников.

               - Ну, брат мой Орлик, - сказал Сербин. – На тебя теперь вся надежда!

               И Орлик показал в этой дикой скачке все, на что был способен.

               Не желая терять время на рубку, Путник пристрелил с коня одного за другим двух отставших бандитов, но Сердюк уходил все дальше и дальше, постоянно ныряя в одному ему известные овраги и балки.

               И тут Орлик вдруг проявил своеволие. Когда Сердюк и его сопровождающий исчезли за обрезом очередного оврага, он не пошел вслед за ними, а стрелой помчался прямо, огибая овраг по широкой дуге. Сербин доверился чутью коня и не стал поправлять его. И не ошибся. В нескольких шагах от него из-за группы деревьев выметнулись всадники. Леонид вырвал из кобуры револьвер и одним выстрелом снял с коня охранника Сердюка. Наметанный глаз пластуна сразу определил, что конь под Сердюком идет из последних сил и вот-вот свалится, а его седок, не чувствуя этого, безжалостно нахлестывает его нагайкой…

                И Леонид не стал торопить события, доверив Орлику самому держать темп скачки и определять дистанцию погони.