|
Вальдес быстро-быстро затараторил на своем языке, ловя ответы с разных сторон...
- Здесь не весь состав правительства, - наконец, сказал он. – Часть должна пробиться с боями из Бильбао, но связи с ними нет со вчерашнего дня. Не думаю, что им удалось прорваться, ведь фронт от Бильбао держат «чернорубашечники» и немцы – настоящие солдаты! - А архив, ценности? Что с ними? - Архив и ценности погружены в бронированный банковский автомобиль. Но водитель сбежал, забрав ключи и уничтожив аккумулятор. Автомобиль стоит в гараже, - Вальдес кивнул головой на приземистое строение, протянувшееся через весь двор. - Дорофеев! – крикнул Сербин. – Разберись с банковской жестянкой. Нужно запустить двигатель и посмотреть, на ходу ли она. Вальдес, дайте ему провожатого. Нужно все проделать быстро, Вальдес! Максимум, через двадцать минут мы должны двинуться в порт! Вам понятно?! - Понятно! – сказал проводник и начал давать указания своим. Испанцы ушли в особняк и скоро поперли оттуда связки запыленных бумаг, какие-то папки… - Вальдес! – заорал Сербин, теряя самообладание. – На хрен эту макулатуру! Пусть жгут все к чертовой матери! Они что, думают, грузовик безразмерный?! Видя реакцию испанцев, которые упорно не хотели расставаться с бумагами, Сербин выбил ногой папки у ближайшего к нему клерка и сказал Горбатенко: «Поджигай!» Оставленный на крыше особняка наблюдателем Сергей Дощечкин, свесив голову с карниза, крикнул, что фалангисты подтягиваются к площади, усиленные двумя взводами «чернорубашечников», и исчез. Буквально через пару минут заработал его пулемет, и с крыши посыпались стреляные гильзы. - Все бумаги в огонь! – снова заорал Сербин, видя, что некоторые испанцы пытаются влезть в кузов с папками. Наконец-то из гаража выехал бронированный 12-ти цилиндровый «Packard». |
