— Мы хотим остаться с вами, — хором произнесли Джоди и Джои. — Пусть будет дисциплина и все такое.

Губы Кейт тронула улыбка. Ей с трудом верилось, что она выиграла в такой рискованной игре. Джоди соскользнула с кресла на ковер, обхватила Кейт за шею, прильнула к ней. Джои в нерешительности ерзал на своем месте. Он бы и рад был присоединиться к сестре, да не позволяла мужская гордость.

Роберт наслаждался этой сценой, зная, что она до конца его дней будет стоять у него перед глазами. Кейт заполнила всю его жизнь. Он не мог даже и надеяться на такое счастье. Она приняла его детей, была готова подарить им все то, чего сама была лишена в детстве. Он мог лишь догадываться, чего ей стоило на это решиться. Всю свою сознательную жизнь она провела в уединении — и все же не побоялась впустить всех их в эту жизнь. Роберт встал, подошел к детям и Кейт. Поднял Джоди с ковра.

— Думаю, вам самое время отправляться в душ. Проголодались, наверное? На кухне все для вас приготовлено. Не хотите есть — тогда сразу по постелям.

— А как же наказание? — Джои смотрел на отца с недоумением.

— На мой взгляд, вы и так получили больше чем достаточно. Вы знаете, что мы с Кейт из-за вас пережили. Верю, что в будущем ничего подобного не повторится. — Он окинул близнецов строгим взглядом.

Явно обрадованные его решением, те в унисон кивнули. Джоди быстро наклонилась, поцеловала Кейт в щеку. После секундного колебания примеру сестры последовал и Джои. И без единого слова оба гуськом покинули гостиную.

Кейт проводила детей взглядом.

— Я не хотела забирать у тебя инициативу, извини, если сделала что-то не так.

Он наклонился, помог ей подняться, крепко прижал к груди.

— Я только рад этому. Ты всерьез решила остаться?

— Да, но предупреждаю — в Нью-Йорке я жить не смогу. С Теннесси мне в любом случае придется расстаться, но… Мне нужны тишина и простор. Да, и светские мероприятия мне тоже не по нутру. А еще я терпеть не могу бегать по магазинам, так что не надейся — гардероб у меня не будет ломиться от тряпок. Я всюду таскаю за собой Бэби. И еще…

Поцелуй Роберта прервал этот список ее недостатков. В этот поцелуй он вложил всю страсть.

— Плевать я хотел на все, чего ты не любишь. Я это смогу изменить. Плевать мне на то, чего ты не умеешь. Обойдусь. И мне плевать, где мы будем жить… если только ты всегда будешь рядом. А захочешь — у нас будет еще много детей.

Кейт отпрянула, уставившись на него широко раскрытыми глазами, как будто он внезапно потерял рассудок.

— Дети? Ну нет. Я и готовить-то не умею, что уж говорить о пеленках! И вообще — они ведь еще и плачут по ночам, да? Их нужно кормить строго по часам и делать прививки…

Роберт расхохотался. С каждой секундой жизнь по каплям вливалась в него.

— И еще много чего другого, — подтвердил он и прильнул губами к ее шее, там, где под тонкой кожей нежно билась жилка.

От этой ласки Кейт обдало жаром, ресницы ее упали.

— Мне это не дано. Я была бы плохой матерью. — Она откинула голову назад, подставляя его поцелуям шею.

— Милая моя, если ты сумела справиться с этой кошмарной парочкой, то тебе все на свете под силу.

Кейт заставила себя поднять веки.

— Ты в самом деле хочешь снова стать отцом?

— Даже не знаю. А в твоей семье бывали двойняшки?

О своей семье Кейт не вспоминала уже много лет. А вот сейчас вспомнила.

— О нет! — простонала она.