— Странный вы боярин. Вас что, отец не учил обращаться с фамильным оружием?

— Я его почти не знал, — соврал и одновременно не соврал Константин, — я воспитывался далеко от дома.

— Фамильный меч всегда с главой рода. Повесьте его на пояс, и мысленно настройтесь на него, а потом просто попросите исчезнуть. Когда понадобится, вы его призовете.

Константин последовал совету. Расстегнув камзол, он накинул ремешки ножен на специальные кольца, словно созданные для крепления холодного оружия. Ничего не произошло, но у Константина уже был опыт работы с артефактом. Он вытащил небольшой нож, купленный вчера по дешевке, и, порезав себе палец, приложил к руне «права». Та полыхнула, и Константин ощутил слияние с оружием. «Исчезни», — мысленно найдя меч, приказал он. Раз, и оружие и вправду пропало, словно и нет его вообще. Но стоило мысленно ощутить рукоять на боку и скомандовать: «Явись», как тут же слева оказалась рукоять. Проверив работу, он снова скрыл меч и повернулся к старушке.

— Мне требуется вся информация по моему роду. А потом мы займемся вторым вопросом, который у меня имеется к вам.

— Конечно, Ваша светлость, но подобная справка будет стоить вам еще пять золотых.

Константин лениво махнул рукой. Служащая герольдии, подойдя к артефактной книге, начала делать какие-то манипуляции с рунами, это затянулось почти на десять минут. И вот когда у Константина от любопытства почти иссякло терпение, закрытый ларец, откуда он доставал регалии, засветился, привлекая к себе внимание.

— Прошу вас, боярин, — указав на сундук, произнесла старушка, которая так и не назвала своего имени.

На этот раз обошлось без проверки крови, Воронцов просто открыл крышку и извлек на свет книгу в полпальца толщиной и размером с бульварный роман в мягкой обложке, которые любила читать его мама. Кожаный переплет — оттиск черного с серебром ворона. Убрав очередной трофей в сумку, висящую на ремне с левого бока, Константин вернулся к книге.

— Следующая задача — я хочу зарегистрировать прозвище, которое смогу называть людям, не афишируя своего положения.

— Нет ничего проще, да и обойдется дешево — всего в пару золотых.

«Дешево? — мысленно хмыкнул Воронцов. — Ни хрена себе дешево».

— Какое прозвище вы бы хотели, Ваше сиятельство?

— Чужой, — уверенно заявил Константин.

Старушка бросила на него нечитаемый взгляд, затем все же взяла в руки стило, лежащее рядом с книгой, и быстро вписала дополнительную информацию.

— Готово, Ваше сиятельство.

Воронцов кивнул.

— А теперь, сударыня, задачка посложнее. Мне нужно найти боярышню Юлию. К сожалению, она потеряла память, и все, что известно, это имя, и что она, скорее всего, принадлежит к боярским родам севера, ей сейчас, должно быть, лет двадцать семь.

— Сложный урок, — задумалась старушка, — подобное будет стоить дороже. За каждое найденное имя — десять монет золотом, Ваше сиятельство.

— Делайте, — согласился Константин, прекрасно понимая, что его обманывают. Но эта милая женщина нуждалась в награде.

— Вот кошелка старая, — прошипела Юлия. — Так обдирать боярина, нужно иметь непомерную наглость. Зря ты ее на место не поставил.

— Да, деньги не малые, но пусть порадуется, найдет, куда их деть. Сомнительно, что в этой пустой герольдии ей много платят. Не особо обеднею.

— Дело твое, — уже более спокойно произнесла боярышня. — И еще спасибо, что помогаешь.

— Не за что, — ответил Константин, прислушиваясь к бормотанию старушки.

— …пять родов севера. Медведевы, Рысевы, Морозовы из новых. Стужевы тоже новые, и Оленевы — самый старый род тех краев…

Воронцов огляделся, ясно, что поиск грозит затянуться, вот только стула тут не было, комната пустая, только ниши с еще несколькими сундуками.