Староста с минуту что-то обдумывал, а потом резко свистнул. Константин даже напрягся, но ничего страшного не произошло, никто не выскочил из дома, не бросился на него со спины. Вместо этого прямо через забор перепрыгнул босоногий мальчуган лет девяти и, затормозив прямо перед Акимом, задрав голову, поинтересовался:

— Звал, деда?

— Найди батьку. Пусть сюда идет, надо грузовик посмотреть.

Парнишка кивнул и тут же умчался.

— А ты, Странник, — Аким поднял почти прозрачные глаза на Константина, — перегоняй машины сюда на площадь, нечего за околицей торчать. Присмотра сейчас никакого, могут и лихие люди налететь. Да и чего зятю сапоги стаптывать, туда-сюда бегать?

Константин кивнул и направился обратно, он был уверен, что грузовик возьмут и дадут названную цену, уж больно мало транспорта для эвакуации.

Лада ждала его, сидя на подножке и поглаживая Беляша, который млел, потихоньку подпитываясь излишками энергии женщины.

— Нашел, кому загнать эту колымагу?

— Думаю, да, — ответил Константин. — Давай за руль, и двигаем на центральную площадь, сейчас машинку посмотрят. Если их устроит, будет шесть золотых, если надумают торговаться, пять. Но выбора у них особого нет.

— Продешевил, в таких условиях можно было бы и семь запросить.

Воронцов покачал головой.

— Я не умею наживаться на горе. Поехали.

— Плохой из тебя боярин-кровопийца, — усмехнулась Калинина и пошла к грузовику наемников. — Ты слишком людей жалеешь. Пусть тут и нет четкого рабства, но есть сословное положение.

— Сейчас я не боярин, — тихо произнес Константин, — я просто Странник. Ладно, хватит трепаться, поехали.

Через пару минут они уже парковали грузовики рядом с домом старосты.

Аким и Дан смерили машины оценивающим взглядом. Конечно, за названную цену они бы предпочли транспорт наемников, но вот его как раз никто не продавал. Воронцов выбрался наружу, посмотрел на ведуна и решил проверить, как тот отнесется к прислужнику.

— Беляш, давай со мной.

Прислужник выскочил из кабины и радостно потерся о ногу Константина. Надо сказать, впечатление на местную власть эту произвело.

— А ты не так прост, Странник, — заметил Дан. — То, что в тебе нет ни света, ни тьмы, уже само по себе странно, но то, что ты управляешь прислужником, а значит, в тебе есть родственная мне сила, уже очень интересно. Откуда ты?

— Издалека, ведун, — улыбнулся одними губами Воронцов, — очень издалека. Не гадай, ты про эти места вряд ли даже слышал.

— А вот это правда, — кивнул Дан. — Ладно, оставь твою тайну при себе. Мне она не нужна.

Аким кивнул.

— Мне тоже без надобности, — и указал на невысокого крепкого мужика с забинтованной башкой, с карабином на плече и револьвером в открытой кобуре на бедре. — Это Михай, — представил зятя староста, — он посмотрит грузовик.

— Который? — пробасил Михай.

— Тот, с открытым кузовом, — махнул рукой Константин. — Не вздумай трогать вещи и оружие.

Мужик кивнул и полез в кабину, открывать капот.

Подошла Лада, чуть подотстав, прихромал на самодельном костыле Горд.

— Как же ты на таком убожище скачешь-то? — развеселился Аким. — Сейчас мы тебе нормальный костыль раздобудем, все равно бросать. Это уж точно с собой не повезу. — Он снова свистну, на этот раз пацана пришлось ждать долго, наверное, пару минут.

Тот вылетел на площадь, резко затормозил, не удержался и пропахал носом землю, замерев возле деда. Встал, отряхнулся, сделал вид, что ему не больно, и посмотрел на Акима.

— Сбегай до Глафы, пусть отдаст тебе костыли, что от муженька ее остались.