Она услышала топот копыт, оглянулась и увидела, как кулак Кенеб перескакивает окопы, минует работающих лопатами солдат. Что он задумал?

Он скачет к капитану Гудду.

Тавора сказала: — Поднимайте рог, сигнальщик — особый приказ Капитану Кенебу. Отступить.

Воздух разорвала череда заунывных сигналов.

— Он не слушается, — крикнула Лостара. — Дурак!

Быстрый Бен увидел Рутана Гудда и вздохнул. Маэлом укушенный Неррузой выдрюченный Бурегон. Кто бы знал.

Но что он делает впереди строя? Еще миг — и Верховный Маг вполголоса выругался. «Хочешь, чтобы они шли на тебя. Хочешь их отвлечь. Даешь Охотникам дюжину ударов сердца, чтобы они поняли, с чем имеют дело. Капитан Рутан Гудд или кто ты есть… боги, что я могу сказать? Удачи, капитан.

Удачи».

Кенеб выкрикивал ругательства и бешено вонзал шпоры в бока лошади. Это же Рутан Гудд, и если глупец не тот, за кого себя выдавал, малазанам он сейчас особенно нужен. Будь он, черти его дерите, богом — все равно в одиночку его порубят на куски. «Рутан! Ты нам нужен — кем бы и чем бы ты ни был. Ты нам нужен живым!»

Доскачет ли он вовремя?

Капитан Скенроу пнула одного из своих солдат, уронив дурака обратно в мелкую траншею. — Копать! — прорычала она и вновь устремила взор на блистающую фигуру, что мчится навстречу ящерам. «Ах ты тупой лживый ублюдок! Бурегон? Невозможно — они живут в проклятых морях.

Рутан, прошу тебя… что ты делаешь?»

Видя, как передняя линия фаланги поднимает нелепые дубинки, Рутан заскрипел зубами. Лучше бы бурегонская дрянь сработала. Но, боги подлые, ее тяжело носить. Он развернул коня прямо к ближайшим На’рхук и поднял меч.

Солнце сверкало на льду.

Какой-то всадник показался сзади, чуть левее. Бедняга. Вот что значит исполнять приказы. Не удостоив его взгляда, он вогнал шпоры в бока скакуна. Ото льда отлетели блестящие осколки. Зверь рванулся.

«Эй, жалкие малазане. Узрите меня и просите себя: глубоко ли вы успели окопаться?»

Скрипач взвел арбалет, бережно вставил стрелу с жульком. Теперь, когда дело началось, ему стало хорошо. Уже ничего не изменишь, так? Все ясно, все четко, мир вдруг стал разноцветным и прекрасным выше всякого вероятия. Он сможет пережить всё. Ощутить всё. — Зарядили?

Солдаты взвода, присевшие на дно окопов, закивали и заворчали.

— Головы не поднимать, — повторил Скрипач. — Мы услышим атаку, верьте. Никто не выскакивает без моего слова. Ясно?

Тут он увидел, как неподалеку Балгрид высовывается, чтобы поглядеть. Целитель заорал: — Гудд атакует!

Над всеми окопами морской пехоты высунулись головы в шлемах. Словно грибы.

— Чтоб вас!

Хрясь встал на четвереньки, под ним были несколько жульков, наподобие черепашьих яиц вставленных в ямку на дне траншеи.

Эброн в ужасе смотрел на них. — Ты ума лишился? Передай по цепочке, идиот!

Хрясь поднял голову. Глаза широко раскрылись: — Не буду, маг. Они мои! Все, что остались!

— Кто-нибудь наступит!

Хрясь мотал головой. — Я же защищаю, маг!

Эброн повернулся: — Корд! Сержант! Этот Хрясь, у него…

Обмотанные проволокой жезлы в руках передовых ящеров вспыхнули словно факелы — молнии показались из головок двумя змеящимися щупальцами. Одна из молний устремилась к керамическим ранцам — по дюжине на каждый. Второй трепещущий язык белого огня, казалось, замер на мгновение… а потом все они вылетели, смыкаясь на фигуре ледяного всадника.