Небеса разверзлись и понимание обрушилось и поразило меня.

— Он не закончил. Адам имеет почти патологическую потребность во внимании. Если бы он завершил свою схему, то вышел бы на поклон. Он бы вышел на улицу в сиянии славы, или позволил себя арестовать, или вернулся в свой Дом с небывалым шоу. Он бы не устоял, чтобы не сделать заявление тем или иным способом. Вместо этого он прячется. И использует меня, чтобы держать свою семью на расстоянии. Пока я докладываю, что контактирую с Адамом, и тот прислушивается — они уверены, что есть шанс, что он сдастся им. Они не будут пытаться задержать его. Они сосредоточатся на том, чтобы замедлить охоту на него. Я упрощаю для него следование плану.

— Кажется, ты не удивлена, — заметил он.

— Я понимала, что он водит меня за нос, прикрываясь флиртом. Я просто не знала, зачем. Теперь знаю. — Назло ему я широко улыбнулась. — Спасибо, что раскрыл для меня эту тайну.

Чокнутый Роган откинулся назад, его мускулистое тело расслабилось на стуле.

— Ты — опытный следователь. Ты ищешь Адама Пирс, и он открыт для контакта, но ты не можешь его уговорить, и у тебя нет средств, чтобы задержать его. Я ищу Гэвина Уоллера. У меня есть деньги и сила, но я не могу его найти. Приведи меня к Адаму, и я помогу тебе доставить его в дом Пирсов.

— Ты уверен, что сможешь удержать Адама Пирса?

Он уверенно кивнул.

— Да. Не могу гарантировать, что он не пострадает в процессе, но даю слово, что он будет жив.

Я сложила салфетку и положила ее на стол.

— Спасибо за прекрасный обед. Мой ответ — нет. У меня уже есть работодатель.

— Тебя наняли чтобы найти Пирса, не Уоллера. — Роган щелкнул пальцами по планшету. На его экране возник электронный чек. — Введи цифру.

Я могла бы набрать цифру, достаточную, чтобы оплатить наш залог «МРМ». Это было соблазнительно. Очень, очень соблазнительно. Но вы же не станете прыгать в клетку с диким медведем, просто потому, что он предложил вам меда. Сейчас мы с Пирсом просто вели переговоры. Как только в дело вмешается Чокнутый Роган, это перерастет в открытое противостояние, а с учетом тех сил, которыми они начнут меряться, мне может быть — да нет, будет — причинен вред. Моя жизнь для них ничего не значила.

— Спасибо, нет.

Он сощурил глаза.

— Ты все еще обижена из-за подвала.

— Да, но моя личная неприязнь к тебе не имеет ничего общего с моим решением. Это чисто профессиональный выбор. Ты нарушил закон, похитив меня, и хоть ты извинился, твои извинения не были искренними. Просто средство для достижения цели. Ты воспользовался рестораном, чужой собственностью, чтобы удовлетворить свои интересы, ты соврал мне во время этого разговора и пытался заманить меня в ловушку, после того как заверил, что не причинишь вреда.

— Я заверил тебя, что ты не будешь похищена.

— Ты невероятно могущественен, обладаешь вопиющим неуважением к законам и нравственным ограничениям. Полагаю, ты ни разу не задумывался, что можешь делать что-то не так. Это делает тебя очень опасным и возлагает огромную ответственность на мою работу. Ты будешь нарушать законы и убивать кого тебе вздумается, а если у меня получится выжить, я буду разгребать последствия. Поэтому мой ответ — нет.

— Не глупи, Невада. Я забочусь о своих работниках.

Звучание моего имени в его устах на полсекунды сбило меня с мысли. Обменять пребывание в долгу у «МРМ» на услуги дому Роганов. Нет уж, спасибо. По крайней мере, у «МРМ» были правила.