Технически, это было правдой. Человеческие тела своеобразно реагировали на отсутствие гравитации и на свободное падение. Даже если бы Чокнутый Роган поймал Адама своей магией спустя полсекунды после прыжка, Адам все равно мог умереть от внутреннего кровотечения. Именно поэтому левитаторы имели свою собственную классификацию, а не были смешаны с другими телекинетиками.

— Ладно. Обещай, что сделаешь все возможное, чтобы вернуть его живым в его семью.

— Конечно.

Эти обещания, вероятно, и гроша ломаного не стоили.

— В-третьих, я хочу, чтобы ты предоставил моей семье защиту на время расследования. Мне нужно знать, что я могу на это рассчитывать.

— Конечно. Это суть нашего соглашения. Ты бы хотела, чтобы я разместил людей присматривать за твоим домом?

— Да. Пусть придут к входной двери и представятся моей семье, иначе кого-нибудь из них могут случайно подстрелить.

— Сделано. — Его голос был хриплым. — Моя очередь. Это профессиональное партнерство, и я ожидаю, что ты отнесешься к нему соответственно. Если ты получишь от Адама сообщение, если он тебе позвонит или придет к твоему дому, с момента окончания этой встречи или разговора, я хочу об этом знать. Не на следующий день, не когда это удобно, а сразу же после. Ты раскроешь всю информацию по этому делу, включая условия твоего контракта, состояние твоих отношений с Адамом и все, что тебе известно о Гэвине Уоллере.

— Справедливо.

— Также ты не станешь отправляться на вылазки, не обсудив их со мной. Я не хочу получить сообщение: «Привет, я на хвосте у Пирса», а на следующее утро наблюдать, как копы вылавливают твое тело из болот Буффало.

— Я тронута. — Ни капельки.

— Мне придется начинать расследование с нуля. Если ты умрешь, это будет очень некстати.

Я закатила глаза.

— Мы договорились? — спросил он.

— Да. Я собираюсь в Джерси Вилладж на поиски Адама Пирса. Не желаешь присоединиться?

— Заеду за тобой через десять минут.

Я повесила трубку. Так вот как себя чувствуют заключившие сделку с дьяволом. Сейчас уже поздно сожалеть. Я вздохнула и упаковала дополнительную обойму.

Рендж Ровер въехал на стоянку ровно через десять минут. Это был большой автомобиль цвета вороненой стали, блестящий, но надежный. Пассажирская дверь распахнулась, и я увидела Чокнутого Рогана на водительском сидении. Он сменил пиджак и туфли на линялые джинсы, светло-серую футболку и тяжелые темные ботинки. Эффект был ошеломляющий. Костюм его смягчал, сглаживал жестокость видимостью богатства и цивилизованности. Теперь же он был сама суровость и яростная сила. Он выглядел так, будто ему нужно исследовать руины в джунглях, или избить стулом каких-нибудь плохих парней. Беда в том, что он сам и был этим плохим парнем.

Его магия свернулась вокруг него, как жестокий питомец с ужасными зубами.

Мне нужно было забраться внутрь и сесть рядом с ним, на расстоянии всего в пару дюймов. Я должна была пересечь его личное пространство. Я не могла этого сделать. Я не могла сесть в его машину.

— У меня есть еще одно условие, — сказала я.

Он просто посмотрел на меня.

— Ты не читаешь мои мысли. — Он не должен знать, что происходит у меня в голове. Просто не должен.

Он улыбнулся.

— Без проблем.

Я села на пассажирское сиденье и поставила рюкзак на свободное место перед собой. Ладно. Я внутри. Мне нужно было сказать самый минимум, и держать свои мысли при себе.

— Я не могу читать мысли, — сказал Роган.