Дверь открылась.

— Лана, дорогая, какой приятный сюрприз! — Тетя Джун крепко обняла племянницу. — А это кто же?

— Тетя Джун, это Стив Сейвин. Мистер Сейвин, это — Джун Конрад.

— Приятно познакомиться, — галантно произнес непрошеный гость; в его голосе слышалось едва ли не веселье.

Что развеселило мистера? Возможно, он так отреагировал на то, что вынудил Лану все же представить его своей родственнице? А может быть, сам вид «молодой вдовы»? Сегодня тетя Джун многое сделала, чтобы выглядеть, с ее точки зрения, прелестной. Ее халат из бирюзовой набивной ткани развевался при ее стремительных движениях, оранжевого цвета волосы были уложены на голове пышным облаком, а в ушах красовались серьги размером с небольшие блюдца. Щеки от румян были ярко-розовыми, а пурпурные тени на веках подчеркивали небесно-голубой цвет глаз. Тетя Джун, похожая на разукрашенную сумасшедшую сказочную тетушку, непривычного к ее облику человека запросто могла, мягко говоря, огорошить.

— Ну же, входите, детки, входите. Я должна была сообразить, что вы — Стив, — сказала Джун, приветливо пожимая его руку. — Доминик говорила, что ее сын — красавец. Так и есть. Она не преувеличивала.

Джун посчитала необходимым каждого из своих гостей одарить теплым объятием, после чего, взяв обоих под локти, провела в холл.

Сын Доминик… Вот оно что… Теперь все прояснилось. Уж Лана-то могла понять весь ужас Стива, узнавшего о скоропалительной свадьбе матери. Девушка и сама чувствовала то же самое, разве что вела себя поприличней. Лана с облегчением вздохнула. Ну что ж, новость хотя бы тем ее устраивала, что давала некоторые представления о возрасте новой жены отца. Не двадцать лет — и на том спасибо.

— Я не верю своим глазам, — пробормотал Стив, оглядывая гостиную тети Джун. Да уж, тут было чему удивляться! Комната под стать хозяйке — кокетлива, ярка и до предела безвкусна.

Было предложено сесть, чем и воспользовалась Лана, вместе с теткой устроившись на чудесных стульчиках, инкрустированных слоновой костью и обтянутых алой тканью.

Гостиная была напичкана старомодными безделушками, поражало обилие картин, среди авторов которых встречались достойные имена. Викторианские лампы во множестве, ковры и коврики, бесчисленное количество стульев и кресел и множество подушек… Вдобавок ко всему, здесь была еще и клетка с попугаем. И ксилофон, на котором, как не уставала утверждать тетя Джун, она будет учиться играть. На диване царственно восседал Сим, огромный облезлый беспородный кот, на шее которого крайне неуместным смотрелся ошейник с фальшивыми бриллиантами.

— Шампанское?

Словно из ниоткуда возникла служанка, держа поднос, на котором стояли бокалы, серебряное ведерко со льдом и бутылка шампанского. Она поставила все это на стол, напротив Джун, и быстро исчезла. Не ожидая никакого согласия своих гостей, тетка взяла бутылку и наполнила бокалы игристой жидкостью.

Стив продолжал стоять. Он замотал головой, отказываясь от предложенной выпивки, но у тети Джун были свои законы. Она встала, подошла к молодому человеку и поставила бокал на мраморную каминную доску у его плеча. Гость с удивлением уставился на экстравагантную хозяйку. Лана почувствовала некоторое облегчение, оттого что внимание Стива полностью переключилось на тетю Джун.

— Где они? — спросил мистер Сейвин. В голосе послышались прежние неучтивые, если не сказать грубые, нотки.

— Выпей немного шампанского, дорогой, — проворковала Джун и жестом указала на стул.