Вернувшийся матрос сообщил, что у часового ключей не оказалось. Дерек чертыхнулся и приказал:

– Придется разрубить цепи. Наверху, в рундуке, есть топор. Живее!

Его взгляд устремился на Джулию, глаза прищурились в глубокой задумчивости. Наконец он распорядился:

– Уведите ее обратно в каюту. Пусть мать последит за ней. Поставьте у каюты часового, дайте ему ружье ипобольше пороху. Не хватало еще, чтобы они пострадали.

– Я не желаю торчать в каюте, не зная, что происходит на корабле! – воспротивилась Джулия. – Я помогу вам…

Несмотря на все напряжение этих минут, мужчины расхохотались, и этот хохот взбесил Джулию. Дерек усмехнулся:

– Ты уже сделала все, что могла, дорогая. Теперь ты будешь нам только мешать. С восходом солнца на корабле начнется пальба.

– Дайте мне оружие, и я тоже буду стрелять! – Джулия встряхнула головой. – Мне надоело, что со мной обращаются как с ребенком. Ни в какую каюту я не пойду!

На минуту Дерек отвлекся: кто-то принес топор. Несколько быстрых, мощных ударов – и цепь на правом наручнике оказалась перерубленной. Протянув свободную руку к Джулии, Дерек повелительно приказал:

– Подойди сюда.

Она повиновалась и очутилась в его объятиях. Он крепко прижал ее к груди, пока матросы перерубали вторую цепь. Уткнувшись подбородком в макушку Джулии, Дерек с наслаждением вдыхал аромат ее густых шелковистых волос, жестом собственника поглаживая ее по спине.

Как всегда, Джулию заворожили его сила и пронзительная красота мощного тела.

Когда и вторая рука Дерека оказалась свободной, он приподнял Джулию и коснулся ее губ. Окружающие смущенно отвернулись, принимаясь освобождать офицеров.

Джулии показалось, что на миг жизнь покинула ее, а затем вновь возвратилась и принесла с собой трепет осознания, что Дерек смог бы задушить ее в объятиях, не прилагая особых усилий.

Он обхватил ее за талию и прижал к своему животу. Джулия мгновенно ощутила его возбуждение и поняла, что даже в эту минуту, когда им грозила опасность, в нем пробудилось желание.

– Потерпи немного, – прошептал он, касаясь ее губ. – Позднее я приду к тебе – ведь ты этого хочешь, как и я. А теперь отправляйся в свою каюту.

– Нет… – попыталась возразить Джулия, но он перебил:

– Джулия, тебе придется смирять свой норов. – Его глаза недовольно блеснули. – Не спорь: ты напрасно расходуешь свои силы и испытываешь мое терпение.

Он вновь склонил голову и прижался губами к ее уху, чтобы никто не услышал его шепот:

– Знаешь, что я ощущаю, когда мы с тобой близки? Меня словно окутывает нежный, теплый бархат. Несмотря на свою хрупкость, ты вмещаешь меня целиком, и когда-нибудь я проведу с тобой всю ночь, до самого рассвета. У меня никогда не было такой женщины, как ты – страстной, каждую минуту ждущей ласки. Но тебе предстоит еще многому научиться, и я готов стать твоим учителем.

Опешив, Джулия отстранилась и уставилась на него широко раскрытыми глазами. Любовно похлопав ее по ягодицам, Дерек произнес:

– Ступай! И не вздумай спорить – на споры у меня нет времени.

Лихо подмигнув ей, он повернулся к остальным, всем видом показывая, что разговор с Джулией окончен.

Кто-то робко коснулся ее локтя, но Джулия возмущенно отпрянула и ледяным тоном обратилась к Дереку:

– И долго мне придется торчать в каюте, словно несмышленышу? Если бы не я, вы до сих пор маялись бы в кандалах!

Не удостоив ее даже взглядом, Дерек отрезал:

– Не шумите, черт бы вас побрал! Вы пробудете в каюте до моего прихода.