– Это несправедливо!

– И ты была несправедлива ко мне. Не понимаю, что тебя рассердило? Ты получила долгожданную свободу. Чего же еще ты хочешь?

– То, что ты не сможешь мне дать! То, что ты уже отнял у меня! – выкрикнула Джулия, и прядь черных волос упала ей на лицо. – Соблюдение приличий!

– Приличий? – эхом повторил озадаченный Дерек.

– Вот именно – ведь ты считаешь, что женщине они ни к чему! Она отвернулась, ненавидя себя за глупость. Почему она не сдержалась? Зачем наговорила столько ненужных слов? … Все, что ей необходимо, – свобода, а Дерек твердо пообещал отпустить ее. Ей не на что сетовать – кроме как на то, что он когда-то похитил ее.

– Ты считаешь, что я должен жениться на тебе, – ледяным тоном проговорил Дерек.

– Жениться на мне? – Джулия недоверчиво уставилась ему в лицо. – С чего ты взял, что я согласна быть твоей женой?

– А разве нет? Ты заговорила о приличиях, и я понял, что в твоем представлении единственный способ спасти репутацию – стать моей женой. Да ведь я уже говорил, Джулия: моя жена – море. Если ты хочешь, чтобы я подыскал тебе жилье на Бермудах, я готов позаботиться о тебе и…

– Позволить мне и впредь быть твоей любовницей? – Джулии казалось, что ее сердце разбилось на осколки – мелкие, как песчинки, устилающие берег. Но Дерек об этом не узнает. Самодовольный и надменный, он не стоил таких признаний. – Я не стану ни твоей женой, ни любовницей. Я хочу избавиться от тебя и забыть о тех днях, когда вела себя как обезумевшая самка. Вывалявшись в грязи, я научилась ценить респектабельность…

– Джулия, подойди сюда!

Не обращая внимания на возглас Дерека, она направилась прочь, гордо вскинув голову. Только оказавшись в своей каюте и заперев дверь, она дала волю жгучим слезам.

Как она безнадежно, бесконечно глупа! Зачем она поддалась его уговорам? Эта мысль непрестанно сверлила ее мозг. Он с самого начала ясно дал ей понять, что жаждет только плотских наслаждений… и все-таки она отдалась ему.

А теперь Дереку оставалось лишь отделаться от нее: судя по всему, выкупа ему не дождаться. По крайней мере, он мог бы сделать вид, что она ему небезразлична и пощадить ее уязвленное самолюбие. Но Дерек обошелся с ней, как с портовой шлюхой, с которой провел несколько ночей.

С самого начала Джулия знала, что ее мать ни за что не соберет требуемую сумму, но втайне надеялась, что ей поможет Вирджил. Неужели Дерек был прав, уверяя, что Вирджил – мошенник, у которого за душой нет ни гроша?

Пора самой решать, как быть дальше. Вернулась ли мать в Саванну? Этого Джулия не знала.

Она пыталась разобраться в своих мыслях, но голова раскалывалась от рыданий. Улегшись в постель, Джулия закрыла глаза и постаралась отогнать мрачные предчувствия. Если успокоиться, боль постепенно пройдет, и она сможет подумать о будущем…

Открыв глаза, Джулия удивленно вздрогнула, обнаружив, что ее окружает темнота. Сколько же она проспала? В каюте царило гнетущее безмолвие.

Джулия села и спустила босые ноги на шероховатый деревянный пол.

Где же Дерек? Должно быть, он до сих пор злится на нее, иначе он давно спустился бы в каюту и попытался загладить свою вину. А может, он вовсе не желает примирения? И вправду, зачем ему это? Завтра они увидятся друг с другом в последний раз. Им вовсе незачем расставаться друзьями.

В желудке у Джулии урчало от голода.