Глава 9

— Ты что-то подозрительно тихая сегодня. Что-нибудь случилось?

Стиви, смотревшая в пространство, очнулась от задумчивости и перевела взгляд на Джадда.

— А? Нет, ничего. Извини, я сегодня не самый лучший собеседник.

— У тебя ведь ничего не болит?

Она покачала головой:

— Нет. Наверное, просто устала.

— Неудивительно. Сегодня на корте ты меня, можно сказать, размазала.

Стиви слабо улыбнулась:

— Ты меня тоже неплохо погонял.

Джадд пристально вгляделся в ее лицо. Вертя в руках ложку, он мягко спросил:

— Это ведь не просто усталость, так, Стиви?

— Может быть. Не знаю. Мысли одолевают.

— Это оттого, что мы встретили ту пару?

Стиви быстро взглянула на него. Пытаясь скрыть смятение, она повторила:

— Ту пару?

— Да. Молодую пару с ребенком. Мы видели их сегодня в супермаркете.

Стиви отвела глаза, что только подтвердило догадку Джадда.

— До этого все было отлично. Ты побила меня в трех сетах, но я проиграл достойно. Мы бросали в тележку продукты, смеялись и сражались за последний кусочек шоколадного батончика. А затем ты заметила их. Молодая красивая пара. Они катили свою тележку по проходу и ворковали с чудесным белокурым малышом. И глупо улыбались друг другу. После этого ты сразу будто захлопнулась.

— Я не знала, что помимо обязанностей повара на меня возложены еще и обязанности придворного шута, — едко произнесла Стиви. — Тебе стоило указать на это особо, когда мы договаривались.

Джадд уронил ложку на стол и поднял ладони вверх, словно сдаваясь:

— Спокойно, спокойно. Я же о тебе беспокоюсь.

— Не стоит.

— Поздно. Я уже беспокоюсь.

Стиви всмотрелась в его лицо. Похоже, он и в самом деле беспокоится о ней. Ей очень хотелось верить в то, что это действительно так. Усмехнувшись, она с некоторой горечью сказала:

— Кажется, ты считаешь меня дурочкой.

— Ну, правду сказать, от этого живого воплощения счастливой и гармоничной семейной жизни у меня тоже сердце дрогнуло.

— Ну да, конечно, — не поверила Стиви.

— Правда. Я не всегда был мрачным циничным негодяем, знаешь ли. Хозяева этого дома, мои бабушка с дедушкой, вложили в моего отца кое-какие семейные ценности. А он и мама, в свою очередь, сумели передать кое-что мне.

— Что с ними случилось?

— Удары яростной судьбы разбили лодку их любви о скалистый берег.

— Надеюсь, ты не пишешь такое в своей книге. Это ужасно.

Джадд слегка улыбнулся:

— Ну, может, не такими словами, но суть примерно в этом.

Стиви набрала воздуху и выдохнула:

— Ну, хорошо. Если мы решили быть честными и открытыми, то я признаюсь: эта трогательная сценка на меня подействовала. Я им позавидовала.

— Позавидовала? — непонимающе переспросил Джадд. — Как ты можешь завидовать этим провинциалам? Ты объехала весь мир, ты знакома с несколькими августейшими особами, ты заработала чертову кучу призовых денег, не считая тех, что получила за рекламу. Целой комнаты не хватит, чтобы вместить все твои кубки и награды. Чего еще?

— И мне некому доверить свои проблемы. И я не могу прижаться к кубку, когда мне холодно. И я не могу с ним, к примеру, всласть поругаться.

— Знаешь, что это такое, по-моему? Это типичное нытье.

— Это именно оно и есть, — отрезала Стиви.

Помолчав пару секунд, Джадд спросил:

— Ты что, жалеешь, что именно так выстроила свою жизнь?

— Да. Нет. Я не знаю, Джадд. Просто… — Она замялась. Трудно было выразить все свои путаные, неясные мысли, перевести их в слова.