Материя натянулась, но не поддалась. Это уже становилось любопытным.
Продолжая бормотать нелестные эпитеты в адрес бабника Ирвина, актриса наклонилась, заглянула под сиденье и завизжала от ужаса, встретившись взглядом с невероятным, почти инопланетным существом.
Один глаз у этого существа был темным, другой — голубым, а лоб вообще отсутствовал. Густые черные волосы росли прямо от бровей, ближе к затылку меняя свой цвет на золотистый. Лицо и шея чудовищного мутанта были покрыты жутковатыми темными разводами.
Сидящий как на иголках Дагоберто нервно вздрогнул и обернулся.
— В чем дело? Ты что орешь? Потрясенная увиденным, Кейси не обратила внимания на столь непочтительное обращение к ее особе.
— Там, там, — тыча вниз дрожащей рукой, пробормотала она.
— Что — там?
— Там… Оно… Лежит… Оно шевелится!
— Под сиденьем кто-то есть? — сообразил бывший полицейский.
Звезда кивнула.
— А ну, вылезай, — скомандовал Савалас, нацеливая револьвер в указанном направлении.
Придерживая сбившийся на лоб парик и тихо матерясь, Лапина с трудом выбралась наружу. В правой руке она продолжала сжимать смоченную косметическим молочком ватку, которой стирала с себя темный грим. Раечка хотела, чтобы Ирвин, едва увидев ее, сразу узнал, а для этого ей было необходимо принять свое прежнее обличье. На фотографиях, которые она ему посылала, была изображена блондинка, а вовсе не темнокожая индианка.
— О господи, — прижимая руки к груди, с облегчением вздохнула Кейси. — Это всего лишь очередная шлюшка, мечтающая запустить руку в ширинку и кошелек моего муженька. А я-то подумала… Впрочем, там было не слишком светло…
— Сама ты шлюха! — гордо подбоченилась Лапина. — А я — его невеста!
— Невеста? — хищно оскалилась Ньеппер. — Я тебе покажу — невеста! А ну, выметайся отсюда, подстилка зачуханная!
— Что? — взорвалась Рая. — Это я-то подстилка? Ну погоди, сейчас я тебе рожу так отреставрирую, баба-яга голливудская, старуха силиконовая, что ее ни один хирург не восстановит! Да мой Ирвин на дух тебя не переносит! Это ты за ним носишься, как хвост за собакой! Сама вали отсюда, пока цела!
— Старуха?!!. — завизжала Кейси. — Это ты меня назвала старухой?!! Да я…
— А ну, молчать! — грозно рявкнул Дагоберто, борясь с искушением пристрелить на месте обеих скандалисток. После мучительного развода с женой он на дух не переносил громкие женские крики.
На мгновение в лимузине наступила тишина, которую тут же разорвал донесшийся снаружи пронзительный визг сирены.
«Началось!» — подумал Савалас.
— Пожар! Горим! — вопили тинейджеры мужского пола, торопливо заправляя в ширинки съежившиеся от испуга члены.
Девицы пронзительно визжали.
Автоматически включившаяся под действием дыма система противопожарной безопасности обрушила на зрителей потоки холодной воды. Она сбегала миниатюрными водопадами по обнаженным грудям фанаток, превращала тщательно уложенные прически в жалкие слипшиеся пряди.
Как всегда в таких случаях, возникла давка. Спеша выбраться из смертельной ловушки, рвущиеся к выходу зрители перепрыгивали через кресла, лихо работали локтями и кулаками, безжалостно пинали и распихивали в стороны соседей.
Слабые падали на пол, и в их тела тут же вонзались беспощадные каблуки их более удачливых собратьев.
Как и предполагал Дагоберто Савалас, охрана Келлера сработала безупречно. Подхватив певца под белы рученьки, дюжие телохранители бегом поволокли его к запасному выходу. |