— Продолжай. Я слушаю.

— Где-то около часа я решила сходить в кафе» Апогей «: взять бутерброды для себя и Керри. Стюарта Люттона там не было. Его помощник сказал, что он ушел в банк, несмотря на то что был большой наплыв посетителей.

— Продолжай.

— У меня, конечно, нет никаких доказательств, но я вдруг подумала: а что, если этот чай Джоанне принес Стюарт?

— А потом задержался ненадолго, чтобы скормить ей пяток таблеток, подождать, пока она заснет, а затем открыть газовый вентиль, — закончил Траск.

— К тому же Стюарт очень предан» Измерениям «. И носит браслет.

— Его здесь многие носят.

— Да, но у Стюарта не простой браслет, а уникальный. И очень дорогой.

Траск оживился:

— Но это означает, что быстро такой браслет заменить трудно? Верно?

— Если, конечно, у него нет под рукой дубликата. Что маловероятно.

— В таком случае нам остается только завтра приглядеться к вашему очаровательному чайному богу на предмет, есть ли на нем браслет» Измерений «.

— Неплохо еще, если бы ко всему прочему он оказался завтра на месте, — задумчиво проговорила Алекса. — Я имею в виду после всего, что случилось.

— Ну ты даешь, — пробормотал Траск и потянулся к телефону.

Глава 32

— Где, черт возьми, шляется этот Струд? — возбужденно проговорил Траск в телефонную трубку. Предположения Алексы казались ему весьма правдоподобными. — Чуть больше часа назад я беседовал с ним в его кабинете. Он сказал, что сразу же, как закончит оформлять бумаги, связанные с покушением на Редстоуна, уйдет домой.

— Шефа вызвали на дорожно-транспортное происшествие, — устало ответила секретарша.

С чего это вдруг даже в таком небольшом городке, как Авалон, начальник полиции выезжает на место обычного дорожно-транспортного происшествия? Траск едва сдерживался.

— Послушайте, я знаю, что Струд от меня не в восторге и все такое, но у меня для него серьезное сообщение.

— Я передам шефу, сэр.

— Прошу вас, скажите, что это связано с делом Редстоуна.

— Я скажу.

Траск швырнул трубку и посмотрел на Алексу.

— К Струду не пробиться. Будем ждать его звонка. Это единственное, что нам остается.

— А если мы ошибаемся? — Алекса снова опустилась в изящное кресло, обитое красной декоративной тканью. Он внимательно посмотрел на нее.

— Что означает» мы «? Кажется, Люттон — твой кандидат в подозреваемые года?

Она поморщилась:

— Мой кандидат не очень сильный, а твой, — я имею в виду Уэбстера Белла, — еще слабее. Ну никак я не могу представить, что он покушался на жизнь своей сестры.

Траск возвратился к открытой балконной двери и погладил рукой край рамы.

— Алекса.

— Что?

— Ты, случайно, не знаешь, когда Люттон переехал в Авалон?

По выражению ее глаз он увидел, что она поняла.

— То есть ты хочешь знать, был ли он здесь в то время, когда погиб твой отец? — тихо спросила она.

— Да.

— Очень жаль, Траск, но я не знаю, когда Стюарт приехал в Авалон. Однажды он как-то упомянул, что считает себя ветераном Торгового центра.

— А когда открылся Торговый центр?

— Пять или шесть лет назад. Точно не помню.

— Думаю, это будет нетрудно выяснить, — произнес Траск, помедлив.