— Глупостей?

— Да, глупостей. Вы не станете действовать до тех пор, пока не разберетесь во всем досконально. — Алекса ненадолго умолкла. — Вы должны помнить, что за вами сейчас наблюдает почти весь город и любое ваше неосторожное движение может уронить престиж корпорации «СЕО Авалон резортс инк.».

— Я ни о чем таком и не помышлял.

— Отлично. — Взяв свою чашку, она обогнула Траска и направилась обратно в гостиную. Он последовал за ней.

— Вы, наверное, скажете, что я не имею права ни о чем вас просить, — сказала Алекса, устроившись в кресле. — Но я хочу, чтобы вы мне кое-что пообещали.

Траск сел в кресло рядом и с интересом посмотрел на нее.

— Что именно?

— Я хочу, чтобы вы дали мне слово чести, что, отыскав в Авалоне какие-то свидетельства против Ллойда Кеньона, связанные с гибелью вашего отца, прежде чем делать серьезные выводы, обсудите их со мной. Я имею в виду свидетельства.

— Ладно, — ответил он после секундного молчания.

«Слишком легко получилось, — усомнилась она. — Видно, усмотрел какую-то лазейку, которую я не заметила. Наверное, сетку нужно затянуть потуже».

— И насчет Гатри тоже.

— А вам-то что до этого Гатри?

— Да почти ничего. Я даже с ним незнакома. Но двенадцать лет назад Ллойд был его деловым партнером, и я не хочу, чтобы вы, перемножая два на два, получили в итоге пять.

Траск пробормотал что-то нечленораздельное.

— Иными словами, — поспешила продолжить она, — я хочу, чтобы вы вначале обсудили все ваши доказательства со мной, а потом уж делали вывод, виноваты или нет Ллойд и Гатри в гибели Харри Траска.

— Алекса…

— Выслушайте меня до конца. — Алекса сама удивлялась своей смелости. — Пока это еще не известно, но, как только в специальных журналах появятся критические обзоры вашей коллекции, вы моментально обнаружите, что я сделала корпорацию «СЕО Авалон резортс инк.», а значит, в первую очередь вас, владельцем самой выдающейся художественной коллекции в стиле ар-деко за пределами Нью-Йорка.

Он вопросительно посмотрел на нее.

— Ну и что?

— А то, что вы мой должник.

В его глазах вспыхнуло ироническое выражение.

— Извините, не понял.

— Я работала за гроши, которые мне как консультанту платил Эдвард Вэйл. Это не деньги. Так вот, отблагодарить вы меня можете тем, что дадите слово. Ведь, по сути, вы меня нещадно эксплуатировали.

— Что за чушь вы несете? — Траск начал терять терпение. — Ничего я вас не эксплуатировал.

— Эксплуатировали. Просто не знали об этом. Но это ничего не меняет. — Она посмотрела ему в глаза. — Я согласна вам это простить — в конце концов, дело сделано, — в обмен на обещание: не предпринимать против Ллойда или Гатри никаких действий, пока не обсудите со мной факты, которые вам удастся здесь раздобыть.

Он молчал очень долго. Наверное, целую вечность. Алекса за это время дважды или трижды делала глубокие вдохи, задерживала дыхание, стараясь не выдать своего волнения.

— Ладно, — сказал Траск. — Обещаю.

Он допил чай и поставил чашку. Затем встал и не оглядываясь направился к двери.

«Да, конечно, — почти пожалела себя Алекса, прислушиваясь к затихавшим в ночи звукам отъезжающего джипа. — Я ведь не собиралась его соблазнять, и он меня, кажется, тоже».