Когда он шел по ресторану, две девушки не старше двадцати пяти лет проводили его глазами. Роберт не мог не заметить их и ответил уверенной улыбкой, которая, в свою очередь, была встречена робким смешком и сексуальным подмигиванием со стороны темноволосой девушки.

Роберт повесил куртку на спинку стула и сел лицом к двери. Хотя это было не в его обыкновении, он проверил телефон — не было ли пропущенных звонков или сообщений, но таких не оказалось. Он заказал себе диетическую колу и быстро просмотрел меню. Сумеет ли он узнать Изабеллу? — подумалось ему. Его воспоминания о прошлых выходных были довольно расплывчатые.

Он все еще проигрывал в уме вчерашние события. Почему собачьи бега? Если убийца хотел, чтобы он сделал ставку, почему он не выбрал что-то более обычное, лошадиные скачки или рулетку? Есть ли здесь какой-то скрытый смысл? И как сказал капитан, почему убийца именно сейчас начал эти игры? Из-за чувства вины? Раскаяния? Роберту в это не верилось.

Его мысли прервал официант, который только что налил ему колу. Делая первый глоток, Роберт посмотрел на вход в ресторан.

Изабелла выглядела потрясающе. Ее длинные темные волосы свободно падали на плечи. Оливково-зеленые глаза даже на таком расстоянии производили поразительное впечатление. На ней была тонкая черная блузка из хлопка, обтягивающие, как вторая кожа, джинсы сидели безупречно.

Роберт поднял руку, чтобы привлечь ее внимание, но Изабелла уже заметила, что он сидит у окна. С приветливой улыбкой она подошла к столу. Роберт встал и хотел протянуть руку для традиционного рукопожатия, но она наклонилась вперед и дважды поцеловала его в обе щеки. От нее слабо пахло духами, экзотическими, но очень женственными и чувственными. Роберт пододвинул стул напротив своего, предлагая ей сесть, хотя этот джентльменский поступок был для него совсем нехарактерен. Он подождал, пока Изабелла сядет, и потом вернулся на место.

— Легко нашел? — спросила она радостно.

— Да, очень просто. Кажется, очень симпатичный ресторанчик, — сказал он, осматриваясь.

— Да, можешь мне поверить. — Она еще раз улыбнулась. — У них очень вкусная еда.

— Извини за глупость. Не знаю, как у меня вчера повернулся язык. Иногда у меня мозги работают быстрее, чем язык, и с него слетают не совсем те слова, которые я хотел сказать.

— Ничего. Я только посмеялась.

— Ты потрясающе выглядишь, — сказал он, меняя тему и зная, что комплимент — это лучший способ выйти из неловкой ситуации.

— Спасибо… Ты очень милый.

— Значит, ты работаешь в университете?

— Да.

— Медицина или биология?

На миг Изабелла замерла в недоумении.

— Вообще-то занимаюсь биомедицинскими исследованиями. Подожди-ка, откуда ты знаешь? О господи! Только не говори мне, что от меня пахнет формальдегидом.

Роберт засмеялся:

— Не пахнет. Честно говоря, от тебя пахнет просто здорово.

— Спасибо. Но все-таки скажи, откуда ты знаешь?

— Простая наблюдательность, — поскромничал Роберт.

— Наблюдательность? Расскажи.

— У тебя повыше запястья небольшой вдавленный след, — сказал он, наклоняя голову к ее рукам. — Как будто ты надевала резинку на оба запястья. У основания ногтей белый порошок, очень похожий на кукурузный крахмал, который, как известно, используется с хирургическими перчатками. Поэтому я сделал догадку о том, что ты все утро ходила в резиновых перчатках.

— Ух ты. — Она робко улыбнулась Роберту. — Но, видишь ли, я еще и преподаю. Так что белый порошок на пальцах — это могут быть следы мела, — возразила она.

— Это другой порошок, — убежденно возразил он.