Спрятав в карман фунт, который только что получил, и удивляясь улыбке и необычно самоуверенному виду молодого джентльмена, Прюитт наклонил голову и взял поднос. Руки его дрожали.

Бедный стюард занервничал еще больше, когда, переминаясь с ноги на ногу, робко постучал в дверь капитанской каюты. Боже мой! А если капитан спустит с него за это шкуру? Да нет – в чем он-то виноват? Он просто сделал все, как ему сказали!

Капитан Мак-Кормик в этот момент в последний раз окинул взглядом свое жилище, проверяя, не оставил ли этот балбес где-нибудь пыль и все ли вещи на своем месте. Черт бы побрал этих беспомощных, перепуганных дураков, которые ничего не могут сделать как следует, а только и умеют, что бормотать оправдания! Если этот идиот Прюитт не зайдет сюда перед тем, как начнется обед для пассажиров первого класса…

– Капитан, сэр, я сделал все, как вы сказали, – клянусь святой девой! Принес на подносе обед: лучший кусок мяса, горячий суп, даже кусок той рыбы, которую вчера поймал мистер Браун! Когда я вошел, он писал что-то в дневнике и лицо у него было белое. Он прямо-таки дрожал от страха, сэр! Но когда я вернулся за подносом…

– Ну! – рявкнул Мак-Кормик и раздраженно выпятил вперед нижнюю челюсть, отчего Прюитт еще больше затрепетал. – Что ты уставился на меня, разинув рот, безмозглый кретин! Или хочешь попробовать боцманской плетки? Может, она научит тебя, как надо относиться к своим обязанностям?

– О нет, сэр! Прошу вас, сэр! Я только искал слова, чтобы поточнее рассказать вам, как было, сэр! Ну, вдруг молодой джентльмен, который раньше очень боялся и чуть не трясся от страха, повернулся ко мне от иллюминатора и… и сказал, сэр, что не хочет ничего, кроме сыра и вина, сэр! И поблагодарил вас за вино, и сказал, что он не… что он ничего не имеет против вас, сэр!

– Да? И это все?

– Н-нет, не совсем, сэр! Молодой джентльмен сказал, почти весело, что он с нетерпением ждет, когда окажется в… в интеллигентной компании, сэр! И он благодарит вас за вашу заботу… сэр!

– Да неужели? Какой проницательный молодой человек, правда, Прюитт? А теперь ты можешь убираться отсюда и возвращаться к своим обязанностям, пока у меня не появилось искушения дать тебе хорошего пинка!

Когда Прюитт стремительно ретировался, капитан Мак-Кормик поправил фуражку с золотой тесьмой и отряхнул китель с многочисленными нашивками, говорящими о его высоком звании. На мрачном лице Мак-Кормика на мгновение промелькнуло подобие улыбки. Пусть Прюитт дурак, но он тем не менее все замечает. А сеньор Вильяреаль, несмотря на свое кажущееся безразличие, покорно сидит в своей каюте. Ждет? Ну что ж, пусть еще несколько дней подождет и пусть гадает, что будет дальше…

Пока капитан предавался этим мыслям, Триста решала, запирать ли дверь на ночь. Сначала она хотела ее запереть, но затем, пожав плечами, передумала. В конце концов она заснула с двуствольным крупнокалиберным пистолетом под подушкой (оружейный мастер в Париже заверил ее, что это «самая последняя модель») и с утешительной мыслью, что знает, как в случае необходимости им воспользоваться против любого, включая самого капитана Мак-Кормика!

Глава 19

Через некоторое время, яростно царапая пером бумагу, Триста записала в своем дневнике:

«По крайней мере я могу быть спокойна насчет одного – на меня не нападут во сне, не разбудят громким храпом и не будут докучать разговором. Фактически все, что я слышала от «попутчика», которого мне выбрал капитан Мак-Кормик, – невнятные неприличные ругательства.