— Я должна знать, — медленно произнесла я.

— Он сказал, что ничего этого не было. Сказал, что никогда и пальцем не тронул свою дочь, — глаза Макса потемнели. — Он улыбнулся мне и сказал, что надеется, что это обвинение не повлияет на наши бизнес-отношения.

Мое сердце сжалось от его слов.

— Почему ты не сказал мне об этом раньше?

Он откашлялся и отвел взгляд. Когда он снова посмотрел на меня, его глаза смягчились.

— Не хотел испортить твой вечер.

— Думаешь, он собирается что-нибудь с тобой сделать? — спросила я.

— Нет, — ответил он уверенно. — И я не хочу, чтобы ты беспокоилась о нем.

— Как я могу не беспокоиться?!

Макс оттолкнулся от перил и встал посередине крыльца.

 — Я не хочу, чтобы он испортил нашу ночь. — Он пошел вперед. Я двинулась к нему навстречу. — Пожалуйста, игнорируй его.

Я вздохнула и резко кивнула.

— Нам было весело до того, как они приехали, верно? — ласково спросил он.

Глубокий тембр его голоса и пристальный взгляд его глаз заставили мой гнев испариться. Вместо него появился голод. Кровь бурлила под моей кожей. Мои руки начали дрожать от потребности, растущей внутри меня.

Он приподнял одну бровь и придвинулся ближе.

Мое тело напряглось от осознания физической близости. Медленное покалывание распространилось по моему телу, а дыхание стало судорожным и неровным.

Последним словом, которое вылетело из моего рта, было: — «Да».

Затем он сделал шаг вперед, схватил мое лицо, и поцеловал меня.

Не было мягкого прикосновения губ. Это был поцелуй, призванный похитить мое дыхание. Поцелуй, который украл мою судьбу всего лишь за несколько секунд.

Все вокруг нас окутало туманом. Звуки стали приглушенными. Мы были заперты в нашем собственном мире. Я не могла сбежать. Да я и не хотела.

Я приподнялась на носочках и обняла руками его за шею. Мои пальцы запутались в его волосах. Мы двинулись назад. Он прижал меня к двери. Его руки очерчивали изгибы моего тела, большие пальцы рук вжимались в плоть. Проскользнув руками вверх по моему телу, он пальцами схватил меня за шею, удерживая на месте. Его губы и руки работали одновременно.

Я наклонила голову на бок, открыла рот и почувствовала, как его язык двигается около моего.

Я стянула его пиджак, который упал к его ногам. Макс задрал мою юбку, пока она не собралась вокруг моей талии. Он поднял меня, и я инстинктивно обвила ногами его за талию.

Я расстегивала пуговицы его рубашки, когда он открыл входную дверь. Он протолкнул нас внутрь. Я крепко держалась за него, убеждаясь, что мои ноги не касаются пола.

Дверь за нами захлопнулась.

На одно мгновение я оторвала свое лицо от него. В его кабинете была включена лампа, которая бросала на нас мягкий, теплый свет. Мы тяжело дышали. Я дернула его галстук, сняла через голову и бросила на пол.

Ладонью я взяла его за челюсть, большим пальцем поглаживая нижнюю губу. Он не сводил с меня глаз. Голод, который я к нему испытывала, напоминал зависимость. Он контролировал меня. Он забрал силу и самообладание, которые, как я думала, были у меня, и контролировал каждое мое движение. Я прижалась губами к его открытому рту, все еще удерживая его подбородок пальцами. Я застигла его врасплох, и ему это понравилось. Я лизнула уголок его мягких губ, после чего впилась зубами в нижнюю губу.

Он простонал в ответ и пошел вперед. Я спустила его рубашку вниз по рукам. Мои руки были неистовыми. Прикасались к его плечам. Гладили спину. Мы врезались в стол. Я услышала, как разбилась ваза. Но это нас не остановило.

Он вел нас вверх по лестнице. Мы все еще были соединены, все еще повсюду прикасаясь друг к другу. Эта всепоглощающая потребность была захватывающей.