Упырь перевел дух и посмотрел на своего собеседника.

- Вот такие дела. Взял грех на себя, вот и отдуваюсь теперь за бабку.

- Вот это да, - присвистнул мужчина, - а дети были у вас?

- А как же? Сын у меня есть. Стёпка. Только я его с развода и не видел. Говорю ж - так она меня возненавидела, что забрала его, да переехала в соседнюю деревню вместе с ним. Сыну, наверное, про меня и не рассказывает ничего. А он меня и не помнит. Совсем еще маленький тогда был.

- Да уж... Вот это история, так история, - покачал головой мужчина и внимательно посмотрел на упыря.

- Ну, а что ты хотел? За все нужно платить в этой жизни, - пожал плечами Дмитрий, - ладно, буду обратно закапываться, скоро светать начнет. Ты это... Заходи, если что. Посидим, поговорим...

* * *

- Ну что, принес? - старуха вышла на крыльцо и, прищурившись от яркого света, посмотрела на мужчину.

- Принес, Авдотья, принес... Только я передумал. Не надо мне этих приворотов. Переживу, как-нибудь. Или другую девку себе найду.

- Ну, дело хозяйское, - пожала плечами ведьма, - но ты землицу то оставь мне. Тебе не нужно, а мне земля кладбищенская завсегда пригодится.

Мужчина протянул ей сверток с землей и направился к выходу со двора.

- Кстати, тебе привет, - уже у самой калитки, обернувшись, крикнул он бабке.

- От кого?

- От папки моего.

- Так ты ж говорил, что он без вести пропал? Нашелся что-ли?

- Ага, нашелся, - буркнул Степан Дмитриевич и вышел на улицу.

Не последняя встреча

- Буду помирать!

Слова Дмитрия Васильевича прозвучали, как приговор. Еще бы, ведь сегодня его температура поднялась до критической отметки в 37 градусов. К тому же появился насморк и ломота в теле, что, по мнению Дмитрия Васильевича, неизбежно сулило скорую кончину. Развалившись на кровати в драматической позе, он принялся смиренно ждать смерти. Она, естественно, не заставила себя долго ждать, ведь желание клиента - закон, аксиома, истина и надбавка к заработной плате за перевыполнение плана.

- Да сколько можно?! - вздохнула смерть, увидев лицо своего очередного клиента, - вам самим не надоело еще?

- Не заводись. Сегодня - точно! - уверенно кивнул Дмитрий Васильевич и протянул своей гостье градусник.

- И что? Тридцать семь... - покрутив его в руках, пуще прежнего опечалилась смерть.

- А вчера было тридцать шесть и шесть!

Смерть несколько секунд молча смотрела на умирающего, затем, покачав головой, присела на стул, стоящий у кровати. Подперев подбородок ладонью, она уставилась на старика.

- Послушайте, Дмитрий...

- Васильевич, - быстро подсказал он.

- Да, Васильевич... Скажите мне, вы понимаете, что своими липовыми умираниями вы постоянно отвлекаете меня от работы?

- Какими липовыми? - возмутился дед, - ты не видишь что ли? Все болит, все ломит, насморк еще этот...

- Так помирайте уже! Я прихожу к вам в третий раз и вы снова показываете мне этот свой градусник! Потом проходит три дня и вы уже снова на ногах! А я сижу тут с вами все это время и заканчивается всегда одним и тем же. Почему вы такой безответственный и необязательный?

- Да не кипятись, старая, - примирительно закряхтел Дмитрий Васильевич, - в этот раз действительно конец. Прям чую. Я тебя заранее позвал, чтоб совета попросить.

- Какого еще совета?

- Да тут дело такое... - засомневался старик, - в общем, хочется помереть достойно. Чтоб честь по чести. С последними словами и так далее... А вот слова эти придумать никак не могу. Поможешь?

- Какие еще слова?

- Ну что ж ты, дурная, не поймешь никак? - дед махнул в ее сторону рукой, - с последними словами.