Послевоенные романы «Мастер», «Стон горы», «Тысяча журавлей» точно так же, как и «Снежная страна», выросли в процессе последовательного «нанизывания» новелл. И в «Мастере», и в «Тысяче журавлей» Кавабата мастерски воссоздал философскую и психологическую ауру, которая окружает людей, преданных старинным искусствам — шашкам го и чайной церемонии. Самому Кавабата в 1955 г. было присвоено звание «человек-сокровище», которого удостаиваются люди, внёсшие наибольший вклад в сохранение традиционных ремёсел и искусств. Поэтическая ассоциативность художественного мышления, слегка «пресные», но ёмкие описания природы, умение видеть красоту в самом обыденном, в «малозначимых» деталях — вселенную, отличают как эти произведения, так и всё творчество Кавабата. Особенно большой успех вызвал роман «Старая столица» (1962), повествующий о сёстрах-близнецах, разлучённых в детстве и выросших в разной обстановке (одна в семье приёмного отца, торговца кимоно, другая — в деревне). Однако сам Кавабата говорил, что не создал никаких произведений, достойных премий, наград, успеха. «Я всего лишь проникся чувствами японцев».

Мотив одиночества- «сквозной» в творчестве Кавабата. Писатель признаёт одиночество фундаментальным условием самого человеческого существования. И есть только одно по-настоящему способное растворить это одиночество. Это красота. Именно сопричастность красоте соединяет прошлое, настоящее и будущее. Именно прорастание её в жизнь отменяет ужас перед трагедией жизни. Кавабата любил цитировать искусствоведа Ясиро Юкио: «Когда видишь снег, луну, цветы, более всего думаешь о друге». Этот мотив душевной потребности поделиться прекрасным — очень древний. Он есть и в китайской поэзии, и в средневековой японской прозе. Автор «Записок от скуки» Кэнко-хоси говорил: «Когда сильнее ощущаешь очарование мира, людская любовь становится совершеннее».

Самое знаменитое эссе Кавабата — речь при вручении Нобелевской премии — называется «Красотой Японии рождённый». Слово «красота» — чуть ли не самое часто употребляемое в словаре писателя. Вот названия других его эссе: «Бытие и открытие красоты», «Красота японской литературы», «Открытие японской красоты». «Нетленная красота». Красота же прочно соединена в творчестве писателя с любовью ко всему сущему. «Я не ребёнок, за богатством не гонюсь, понимаю тщетность славы и. не имея, подобно пролетарским писателям, счастливого [общественного] идеала, самой прочной опорой в жизни считаю любовь» (перевод М. П. Герасимовой). В произведениях Кавабата часто отсутствуют или ослаблены столь привычные нам завязка, кульминация, развязка. Дление красоты и любви — вот настоящий смысл того, что оставил нам этот великий писатель.

После присуждения Нобелевской премии Кавабата почти не писал. Премия «настигла» его в то время, когда она была ему уже не слишком нужна. Он мучился от бессонницы и депрессии. Страшным ударом стало для него ритуальное самоубийство в 1970 г. другого замечательного писателя, любимого ученика и друга — Мисима Юкио. В традициях великих японских писателей XX века Кавабата тоже покончил жизнь самоубийством. Акутагава Рюноскэ, Дадзай Осаму, Мисима Юкио… Кавабата последовал за ними.