Серафима Андреевна положила трубку и, улыбнувшись, сказала Толе:

— Ну вот, как удачно всё вышло. Сейчас твоя мама здесь будет.

Услыхав эту новость, Толя моментально соскочил с койки, но Серафима Андреевна уложила его обратно.

— А ты лежи. Зачем же вставать? После укола всегда полежать надо. Мама придёт, вместе домой отправитесь.

Толя лежал и старался представить себе, как он будет выпутываться, когда Славина мама придёт и увидит его вместо Славы.

«Может быть, признаться Серафиме Андреевне, что я вовсе не Слава?» — думал Толя.

Однако он никак не мог решиться признаться, а потом Серафима Андреевна вышла из комнаты, и её долго не было. Увидев, что она не возвращается, Толя решил, что теперь самое лучшее будет — это удрать отсюда. Он уже представлял себе, как Серафима Андреевна и Славина мама войдут в комнату и, увидев, что его нет, начнут искать по всей больнице; Славина мама, конечно, испугается ещё больше, но в конце концов она всё же вернётся домой, увидит Славу и успокоится.

Продумав всё это, Толя поднялся на койке и уже опустил ноги вниз, чтоб соскочить на пол, но в это время дверь отворилась, и в комнату вошла Серафима Андреевна, а за ней Славина мама. Лицо у неё было бледное и встревоженное.

— Ну, вот видите,— сказала Серафима Андреевна.— Он жив и вполне здоров, и даже смеётся.

Толя сидел на койке и глупо улыбался, глядя на Славину маму.

— Где же мой сын? — спросила Славина мама, обводя комнату растерянным взглядом и как бы не замечая Толю.

— Да вот же,— весело сказала Серафима Андреевна, махнув рукой в сторону Толи.— Неужто не признали своего сына?

— Где мой сын? — глухо повторила Славина мама.— Толя, где Слава?

— Не знаю,— пробормотал Толя.

— Вы ведь вместе были у Жени Зайцева. Куда вы от него пошли? Толя, не скрывай от меня ничего!

— Да какой он Толя! Он Слава,— сказала Серафима Андреевна.

— Кто — Слава? — удивилась Славина мама.

— Да он же. Кто же ещё? 

— Слушайте, что всё это значит? Вы скажете наконец, где мой сын?

— Так разве Слава не ваш сын?

— Слава мой сын, но ведь это не Слава, а Толя! Толя Клюквин, понимаете? Сколько раз повторять вам! Я, кажется, с ума сойду!

— Что же ты сказал мне, что тебя зовут Слава Огоньков? — напустилась Серафима Андреевна на Толю.— Вы меня, гражданка, простите, но я не виновата. Он мне сказал, что он Огоньков, я и позвонила вам. Ты зачем сказал, что ты Огоньков, когда ты вовсе не Огоньков? Ты что, не в своём уме, такие шутки шутить? Или ты, может, испугался, когда под машину попал? Вы его не вините, гражданка, должно быть, он от испуга не то, что надо, сказал. Это бывает.

— Да я разве виню? Я никого не виню. Я только хочу узнать, где мой сын?

— Гражданочка, откуда же я могу знать, где ваш сын? Разве вы не видите, что вашего сына у нас нет?

— Значит, он не попал под машину?

— Должно быть, ещё не попал,— развела руками Серафима Андреевна.— Думаю, что, если б попал, его бы к нам привезли.

— Слушай, Толя,— обратилась Славина мама к Толе.— Ты мне скажи только, когда вы со Славой ушли сегодня от Жени?

— А я разве был сегодня у Жени? — спросил Толя.

— А разве нет? Мне показалось сегодня утром, что ты тоже к Жене пошёл.

— Я пойти-то пошёл, но дойти-то не дошёл. Я не попал к нему, потому что сюда вот попал.

— Так, может быть, Слава и сейчас у Жени сидит? Ты не помнишь телефон Жени?

— Нет.

— Ну, телефон можно по телефонной книге узнать,— сказала Серафима Андреевна.

Она быстро разыскала в телефонной книге телефон Жени Зайцева.