|
Я не играю больше. Выходи! — закричал Котька.— Игра окончена! Не хочешь, ну и сиди себе!
Они вернулись в комнату.
— Может быть, он в комоде? — спрашивает Вовка.
Послышался скрип.
— Ну что ты ищешь в комоде! Разве в ящике спрячешься? — рассердился Котька и пошёл в коридор.
— Почему не спрячешься? Надо проверить,— ответил Вовка.
Он долго скрипел ящиками и вдруг закричал:
— Котька, иди сюда!
— Нашёл? — отозвался Котька.
— Нет, я не могу вылезти.
— Откуда?
— Из комода. Я в комоде сижу.
— Зачем же ты залез в комод?
— Я хотел проверить, можно спрятаться в ящике или нет, а ящик перекосился, и я не могу вылезть.
Тут я не выдержал и громко расхохотался. Котька услышал и бросился искать меня.
— Вытащи меня сначала!— взмолился Вовка.
— Да не кричи ты! Я не разберу, где это он смеётся.
— Вытащи меня! Мне здесь в ящике страшно!
Котька выдвинул ящик и помог Вовке выбраться.
Они вместе побежали в чулан. Котька споткнулся об меня и упал.
— Ещё эту рогожку какой-то дурак здесь бросил! — закричал он и со злости как хватит меня ногой.
Я как заору! Вылез из-под рогожки:
— Ты чего дерёшься?
Он увидел меня и обрадовался.
— Ага! Попался!— и побежал в коридор.— Палочка-выручалочка! Тра-та-та!
Я говорю:
— Можешь не трататакать, я не играю больше. Это не игра, чтоб драться.
Прихожу в комнату… Батюшки! Всё разворочено. Шкафы открыты, из комода ящики вытащены, бельё на полу кучей, сундук вверх дном!
Пришлось нам целый час после этого убирать комнату.
Наш каток
Осенью, когда стукнул первый мороз и земля сразу промёрзла чуть ли не на целый палец, никто не поверил, что уже началась зима. Все думали, что скоро опять развезёт, но мы с Мишкой и Костей решили, что сейчас самое время начинать делать каток. Во дворе у нас был садик не садик, а так, не поймёшь что, просто две клумбы, а вокруг газончик с травой, и всё это заборчиком огорожено. Мы решили сделать каток в этом садике, потому что зимой клумбы всё равно никому не видны.
Костя сказал:
— Только надо, ребята, сначала получить разрешение у управдома. Иначе и начинать нельзя. Дворничиха всё равно ничего делать не даст.
— А вдруг управдом не позволит? — сказал Мишка. — Летом просили волейбольную площадку устроить — не разрешил, зверь такой!
— Я думаю, разрешит, — сказал Костя.— Дмитрий Савельевич хороший человек. Только с ним надо дипломатично поговорить.
— Это как — дипломатично?— не понял Мишка.
— Ну, значит, вежливо. Взрослые любят, чтоб с ними вежливо разговаривали; а такие слова, как «зверь», никому не могут понравиться.
— Что ты! — замахал Мишка руками.— Да разве я такие слова когда говорю? Это я ведь за глаза только.
— «За глаза»!— усмехнулся Костя.— Ты в глаза ещё и не такое скажешь! Я тебя хорошо изучил. Вот придём в домоуправление, так ты уж лучше молчи, я сам поговорю с управдомом как надо.
Мишка говорит:
— Ладно.
Мы тут же отправились в домоуправление. На наше счастье, управдом оказался на месте. Он сидел за столом, заваленным ворохом разных бумажек. Посреди этого вороха лежала тетрадка. Левой рукой управдом водил по цифрам, которые были в тетрадке, а правой что-то записывал.
— Здравствуйте, Дмитрий Савельевич, — сказал Костя вежливо. |