У длинного металлического стола собралось довольно много народу — кто втроем, кто вдвоем пили пиво, водку, закусывали, курили, приглушенно переговаривались. По всему видно, что мой политический спич ни на кого не произвел впечатления, кроме четверых ретировавшихся спорщиков. Скорее всего, просто никто не слушал рядом стоящих, у всех были свои проблемы. Как и у меня. Мои проблемы тоже не имели никакого отношения к политике. Не было их до сегодняшнего дня; откуда они взялись на мою голову?! Стоял бы сейчас здесь, смаковал пиво, как все вокруг. Так нет же…

С безоблачного неба по-весеннему пригревало солнце, в лиловом сквере чирикали воробьи, но на душе было гадко. Пиво сняло стресс, я немного разомлел, но радости от этого не испытывал.

— Свободно?

О стол грохнула кружка с пивом, шапка пены колыхнулась, но не слетела.

Я поднял глаза и обомлел. Передо мной стоял молодой рыжебородый парень с фотографии, предъявленной так и не увиденным мною пассажиром. Обещал «налетчик», что парень появится сегодня-завтра-послезавтра, но я никак не ожидал, что это произойдет так скоро. Лицо у парня было симпатичным, приветливым, и никакой антипатии, вопреки предубеждению, навеянному словами таинственного пассажира, он не вызывал.

— Ка-анешно, дарагой! — Не знаю почему, но во мне заговорило кавказское радушие. — Какые могут быть вапросы? Присоединяйся… — И тут черт дернул меня за язык: — Тэмбэсаддон!

Парень вздрогнул, застыл, как-то странно посмотрел на меня расширившимися зрачками и вдруг стал оседать, заваливаясь под стол.

— Во нажрался! — прокомментировал кто-то.

Вконец растерявшись, я глянул под стол. Парень лежал на асфальте, раскинув руки, глаза неподвижно смотрели в безоблачное небо. Никто на инцидент не обратил внимания. Ну, перепил мужик, теперь отдыхает — эка невидаль! Дня не проходило, чтобы кто-нибудь на асфальте либо неподалеку, в липовом сквере, не «отдыхал», перерасслабившись.

И только седой высокий мужчина, в одиночку пивший пиво рядом со мной, среагировал адекватно. Он нырнул под стол, присел перед парнем на корточки, потрогал его шею, затем расстегнул куртку парня и, став на колени, приложил ухо к груди.

— Что с ним? — с замиранием сердца тихо спросил я.

Мужчина поднялся с колен, распрямился, отряхнул брюки.

— Обширный инфаркт миокарда, — ровным голосом сказал он. — Надо «Скорую» вызвать, чтобы констатировала смерть.

— Может, и милицию?

— Зачем? Криминальной составляющей в его смерти нет.

Седой мужчина посмотрел на меня, и по его глазам я понял, что этот человек сталкивается со смертью не впервой.

Глава 5

Вечером я напился. Под видом того, что пошел искать телефон-автомат, чтобы вызвать «Скорую помощь», покинул место происшествия, но звонить не стал. Зашел в гастроном, взял литровую бутылку коньяка и направился домой. Дома убрал звук на автоответчике, выключил сотовый телефон и принялся пить «по-черному». Но аристократический напиток не брал, и я сидел трезвый как стеклышко, хотя начал сразу со стакана. И в то же время в голове наблюдался полный сумбур — все события сегодняшнего дня раздробились на отдельные эпизоды, будто осколки разбитого зеркала, и никакие хотели упорядочиться в целостную картину. Создавалось впечатление, что электрошок напрочь уничтожил умение выстраивать логические цепочки и делать выводы.