Наконец я оказался во дворе дома, где укрылись Слепой с честной компанией. Немного отдышался и понял, что сердце бешено бьется не столько от короткого спринта, сколько от пережитого волнения. Староват ты становишься, Шип, для подобной херни. Время – самая беспощадная сука, которая встречалась мне на пути. Потому что она не знает пощады.

Но ничего, пороха у меня в пороховницах достаточно, молодые могут позавидовать. Мы еще покажем Городу, из какого теста слеплены. Я бегом поднялся на третий этаж, обозначился условным стуком, не хватало еще, чтобы после всего этого свои же и завалили, а потом уже вошел внутрь.

Миша с Безопасником просматривали улицу, а Слепой нацелился на главный выход из квартала валькирий, сейчас пустующий. Ну, если не считать беспорядочно разбросанных женских трупов. Вдали изредка раздавались одиночные выстрелы. Значит, и прорыв со стороны Блокиратора прекратился.

Сами мужики оказались в приподнятом боевом духе. Безопасник даже вперед подался, явно желая что-то сказать, но чуть не поскользнулся на куче пустых гильз. Пришлось цепляться за стол, на котором лежал Слепой.

– Что с той бабищей, которая в меня из невидимого гранатомета стреляла?

– Я ее снял. Аккурат, когда высунулась, чтобы тебя зацепить, – ответил Михаил.

– Вот хрен вам, дядя Миша, – обиженно надулся Безопасник. Звучало забавно. Совсем как в том анекдоте про Козлова, где и на вы, и по фамилии. – Вы ее только ранили, а я уже подстрелил.

– Ша, – отмахнулся Михаил. – Будешь мне рассказывать.

– Вы еще подеритесь, горячие финские парни, – рассматривал я через окно квартал валькирий. – Или по поводу камней жадничаете? Договорились же, все, с убитых до прихода основного отряда делим поровну.

– Да черт с ними с камнями, – пробурчал Безопасник. – Просто обидно. А убитых мы уже и так подсчитали. Семнадцать штук.

– Да уж, – цокнул я, пересчитывая за пацаном. Нет, ошибки не было, в проходе действительно лежало семнадцать бывших агрессивных радетельниц за права женщин. Почему бывших? Думаю, и так понятно. – Восемнадцать. Если вы не заметили, крылышки у всех валькирий внезапно исчезли. Думаю, с той стороны ребята тоже поработали. Итого, получается, мы выкосили большую часть всех гарпий.

– Может, тогда закрепим успех? – засветились глаза у Безопасника.

– Славы хочешь? Или перед Башкой выслужиться решил? – жестко осадил его лекарь. – Все равно не даст, даже не трепыхайся. А мертвым слава ни к чему.

– Не обижайся на Мишу, но он прав, – улыбнулся я, заметив, как вспыхнули щеки у Безопасника. – Одно дело – расстрелять кучу паникующих баб, которые еще не поняли толком, что происходит. И совсем другое – штурмовать готовых обороняться бойцов в зоне незнакомой нам жилой застройки. Весь наш успех заключался в эффекте неожиданности. Мы застали валькирий врасплох, воспользовались ситуацией, а дальше начинается суровая и кропотливая работа. Поэтому будем ждать отряд Башки.

И мы стали ждать. По моему разумению, валькириям следовало прорываться именно сейчас и исключительно через один выход. Распределить стрелков по квартирам, окна которых смотрели на нас. Потому что сидеть, сложа лапки, было глупо.