– Приветствую, – сказал я, озираясь по сторонам. Кроме пустых купелей, напоминающих усеченные глубокие ванны из мрамора и измазанных с краю чем-то засохшим и темным, ничего. – Уважаемый, если тебе, конечно, не трудно, можешь показаться? Не очень удобно вести диалог с пустотой.

Он вышел из-за небольшого постамента, с ловкостью фокусника. Будто все время там стоял. Но я знал, что этого попросту не могло быть. Такой внушительный дяденька не мог там спрятаться. Или тетенька. А теперь старик.

Незнакомец менял личины с такой же легкостью, с которой я рвал исподнее, резко переходя в боевую трансформацию. Казалось, он играл со мной, слегка издеваясь. Туманникам такое и не снилось.

– Ты можешь принять свое истинное обличие? – спросил я.

– Думаю, что своим внешним видом могу шокировать тебя, человек.

Эти предложение мне сказала горячая девушка, высохшая мосластая женщина, толстый мужик и уже в конце крохотная девочка, только недавно научившаяся говорить. Наконец незнакомец остановился на глубоком старике с выщербленным морщинами лицом, тусклыми крохотными глазами и круглой, как шар, головой, увенчанной коротким ежиком седых волос. Одет этот красавец оказался в алую хламиду до пят. Про себя я назвал его Ежиком.

– Пусть будет нечто среднее, – сказал он. – Так лучше?

– Намного, – признался я. – Так ты меня ждал?

– Да, мне нужны новые жертвы. Артефакт готов, но я могу сделать его сильнее.

– Артефакт?

– Артефакт, – с ехидной улыбкой кивнул Ежик.

Меня хватало лишь на то, чтобы подобно дураку переспрашивать уже услышанное. Нет, так не пойдет.

– Ты можешь со мной немного поговорить?

– Конечно, говорить я люблю, – улыбнулся старик. – Тем более с человеком. Человек всегда разный.

– Это да, есть у нас… у меня такая особенность. Во-первых, кто ты?

– Я Слуга.

– Чей Слуга?

– Его, – сделал Ежик неопределенное движение руками.

То ли под ноги себе указывал, то ли вокруг. С другой стороны, это можно было воспринять, будто его хозяин находится везде. Ну-ну, конечно. Нет, я подозревал, что Голос извращенец. Теперь вот стали появляться доказательства этому. Секту себе забабахал. А выглядел Еж именно как законченный фанатик. Артефакт, Слуга, Он. Надеюсь, мы не возьмемся за руки и не будем петь песни, прославляющие Голос? Я просто фальшивить начну или нарочно коверкать слова.

С другой стороны, как-то этот Слуга проворачивал фокусы по смене личины. Или… Или это не фокусы. Мало ли что может быть? К примеру, в тумане распылен какой-нибудь психотропный газ, вызывающий галлюцинации. Ну, или Ежик – сверхсущество. Маленький божок, который является лишь слугой еще более сильного создания. Честно говоря, такой вариант мне вообще не понравился.

– И чем ты здесь занимаешься, Слуга?

– Творю, – пожал плечами Ежик. – Из одного делаю другое, из жидкого твердое, из обычного загадочное. Мне интересно наблюдать, как по моей воле происходит трансформация одного в другое. Знаешь, что хуже всего, человек?

– Не купить доллар в девяносто восьмом?

– Хуже всего, когда тебе перестает быть интересно. Значит, тебе нечего больше сказать миру. И миру больше нечего дать тебе.

Ну, вообще в этом что-то было. Видал я таких мужиков лет сорока, с потухших взором и вечно усталым видом. Внутренних столетних стариков. С ними и поговорить не о чем было.

– Значит, ты делаешь артефакт.