– Сексизм, как он есть, – усмехнулась Алиса.

Не знаю, я причин для веселья вообще не видел. Нам теперь что, бросить Гром-бабу? Или еще чего лучше – убить? Мы даже стали всерьез обсуждать возможные перспективы, когда услышали знакомый, почти родной голос.

– Ребят, а вы чего задумали?

Говорила, как ни странно, Гром. Да и выглядела она непривычно – смущенной. И больше не пыталась безуспешно выбраться из моих ловушек.

– Это тебя надо спросить, – сказал я.

– Я это… Все помню, – сказала Громуша. – Но не понимаю, зачем.

Я облегченно выдохнул. Получается, действие этой Монашки либо носят временный характер, либо способность работает только на определенном расстоянии. Стоило крылатой мрази улететь восвояси, вскоре к нам вернулась Гром.

– Даже пытаться убить не будешь? – усмехнулся я, хотя уже расслабил хватку лиан.

– Только если заслужишь, – хмыкнула Гром-баба, все еще смущаясь.

– Тогда давайте быстренько домой. Надо обмозговать случившееся. Блин, и самое же важное!

– Что такое? – встрепенулась Алиса.

– Надо сходить за Психом. Он там опять в отключке.

Глава 14

– Может я лучше сготовлю чего-нибудь? – взмолилась Гром-баба. – Пирог с мясными консервами. Хотите?

Эх, знает с каких козырей заходить. Она даже поднялась из-за стола, готовая броситься кухарить. Однако я был неумолим, как бы мне не хотелось устроить кишкам праздник.

– Давай еще раз, с самого начала, очень подробно. Нам нужно понимать, какую опасность представляет эта Монашка. И как себя обезопасить от нее.

– Ну это, – почесала толстой рукой Громуша в затылке, – сначала будто нашептывать в уши стали. Мол, что мужики не ценят меня, надо им только одно, я для них расходный материал. И прочее всякое.

Она замолчала, оглядев нашу компанию. Как правило в этом месте шли какие-нибудь колкие замечания. Но потому, что шли они обычно от меня, а сейчас я молчал и впитывал, Гром-бабе пришлось продолжить.

– А уже потом конкретика пошла.

– Интересно, – хмыкнул я. – Что за конкретика?

– Да там глупости всякие, – замялась Громуша, выглядя, как лев-вегетарианец, которого застали за разделкой туши антилопы.

– Выкладывай уж.

– Ну, что ты помыкаешь мной вечно. Еще и шутки свои постоянно вставляешь. По поводу веса и всякого такого.

– Замечательно. А Псих тебе чем не угодил?

Гром-баба обреченно вздохнула, но после нескольких непродолжительных секунд все же ответила.

– Он позавчера скривился, когда мою стряпню попробовал. Еще и Алисины харчи нахваливал.

– Да не скривился я, просто горячо было, – быстро стал оправдываться Псих, будто опасаясь, что ему сейчас опять прилетит. – Мне то, что вы готовите, Гром Бабовна, очень нравится.

– Погоди, – махнул я рукой Крикуну, обращаясь к танку. – И тебе эта причина показалась достаточно веской, чтобы его вырубить?

– Там все эмоции были выкручены на максимум, – смутилась Громуша. – Хуже чем при ПМС. Хватило одной спички, чтобы вспыхнул костер.

– А потом?

– Потом с катушек слетела. В голове лишь одно слово: «Убить». И самое главное, голос-то мой. Отпустило уже только на улице, когда вы все подошли.