Впрочем, это не имело значения. Какая разница, один объект или семь? Пастух уничтожит все семь. И хитрые маневры им не помогут. В скорости им с Пастухом не тягаться, это совершенно очевидно.

Оценив ситуацию, Пастух решил начать с ближайшего объекта. На огромной скорости он протаранил его и… снова практически ничего не почувствовал. Ах, это тоже фантом! Просто-напросто ловушка. Поистине, Противник неистощим на выдумки.

Теперь Пастуху все стало окончательно ясно. Между миражом и действительной целью существовали чуть заметные отличия, и различить среди шести оставшихся изображений истинного шпиона не составило большого труда.

Ему не будет пощады.

Земля. Космодром Куру

— Проклятие! — Бернхардт задыхался от собственного бессилия. Джоанна, замерев у экрана, ничего не слышала. Красная точка ОРИ-326 сближалась прямо с кораблем Соколова, не обращая внимания на разбросанные в пространстве цели-ловушки.

— Он слишком быстро учится, — пробормотал Бернхардт и упал в кресло. Развязка была близка. Скрестив руки на груди и не отрывая взгляда от экрана, Бернхардт потерянно тряс головой. Потом повторил, ни к кому не обращаясь:

— Слишком, слишком быстро…

Пастух включил радары в режим максимальной мощности, чтобы не упустить цель. Он немного перестраховывался, но это не помешает — объект оказался очень хитер, сложно маневрировал, пытаясь уйти. Но этому не бывать! Пастух резко набрал скорость и спустя считанные секунды был рядом с целью…

Снова включились корректировочные двигатели, хотя маршевый работал на полную мощность. Ничего себе прогулочка! Доктору Юрию Александровичу Соколову казалось, что его внутренности превратились в месиво. Интересно было бы потом посмотреть на себя в зеркало — небось синяк на синяке, как у чемпиона по боксу. Но похоже, о зеркале можно забыть. Соколов, общепризнанный специалист по ОРИ, хорошо понимал, что если уж ОРИ решил атаковать, то никакие маневры корабль уже не спасут. К чему обманывать самого себя?

Картины прошлого встали перед глазами, быстро сменяя друг друга. Соколов о многом сожалел, во многом раскаивался. Он вспоминал, что сделал и что не успел, он вспомнил любимых женщин и близких друзей. Жаль, что он со многими расстался после пустяковых ссор. Но, в общем, ему грех жаловаться — он прожил неплохую жизнь.

Корабль резко накренился, все двигатели на несколько секунд замолчали, а потом взревели снова. Соколов нахмурился. Ну к чему, скажите, накручивать эти адские спирали? Чтобы на несколько секунд отсрочить неизбежное? Юрий Соколов всегда терпеть не мог бессмысленные действия.

Значит, пора. Ничего страшного. Многотонный ОРИ расправится с кораблем в долю секунды. Соколов улыбнулся. Что-что, а боль он почувствовать не успеет.

Пастух на полной скорости врезался в жертву, и его оглушило страшным ударом. Да, тело-то оказалось тяжеленькое, да и скорость у него была приличная…

В эту секунду цель взорвалась.

Пастуха отбросило в сторону. Некоторое время он ошеломленно кувыркался под шрапнелью бьющих по его поверхности обломков, что-то вспыхивало, горело, снова взрывалось. Спустя несколько минут он пришел в себя, огляделся. Полученные раны оказались пустяковыми, не стоили даже внимания. В жизни Пастуха случались вещи похуже. Он остался в строю. Мысль об этом доставила Пастуху неподдельное удовлетворение. Ему удалось уничтожить агента Противника.

Он был абсолютно убежден в этом.

19. Ори сходят с ума

Этой ночью мы с Джеральдом Макдугалом сформулировали новую точку зрения на природу харонцев. А что может быть важнее, чем знание врага, ведь это путь к победе.