— Но амеба и сознание — вещи несовместимые, — запротестовала Марсия. — Организм должен в своем развитии превысить некий порог сложности, чтобы научиться мыслить. Одноклеточным мышление недоступно.

— В том случае, если клетка строится из углерода, водорода, азота и кислорода, — да. Допустим, что атомы вещества, из которого состоит тело этих монстров, содержат неизвестные нам элементарные частицы. Сложность та же, только не на молекулярном, а на атомарном уровне…

— Но объясните мне наконец, — перебил Ларри Веспасиан, — почему мы ничего не знаем об этом веществе? Откуда оно взялось?

— Нейтронные звезды, — сказал Ларри. — Противник появился на свет на поверхности нейтронной звезды. Гравитация там громадная, и потому, вероятнее всего, первоначальная форма Противника — что-то вроде тончайшего блина.

— Что за глупости! — возмутилась Сэлби. — Гигантский одноклеточный блин — обитатель нейтронной звезды? Ларри, вы безответственный фантазер!

— Сэлби, я на вас не обижаюсь, но, ради Бога, постарайтесь меня понять. Мы дети во всем, что касается гравитации. А для Противника мощнейшие гравитационные поля — родная стихия, такая же, как для нас электромагнитная. Для него они — источник жизненно важной энергии. Наверное, Противник способен преобразовывать обычное вещество в «странное» и создавать таким образом свои новые фрагменты, как бы выращивать самого себя…

Марсия сидела, глубоко задумавшись.

— Твой рассказ звучит, конечно, слишком фантастично, но кто-то ведь уничтожил ту сферу? — сказала она. — Ларри так горячо защищает свою точку зрения, потому что, видимо, считает ее окончательно доказанной. Предположим, он увлекается. Но если мы примем его утверждения в качестве гипотезы, то придется согласиться: это очень хорошая гипотеза. Разумеется, некоторые неясности остаются, но она превосходно объясняет таинственные факты, смысл которых мы до сих пор не в силах были понять. Честно говоря, меня так и подмывает поддержать Ларри…

— Но харонцы? — продолжала сопротивляться Сэлби. — Зачем этим существам харонцы?

— Как я уже говорил, харонцы создали сложнейшую систему гравитационных туннелей, — сказал Ларри. — Противник тоже создал подобную сеть. Сначала появился один туннель, замыкающий одну нейтронную звезду на другую; таким образом были колонизированы обе. Затем второй, третий… Сеть разрасталась и усложнялась…

— О Господи, — прошептала Марсия. — Я поняла. Одна сеть случайно пересеклась с другой…

— Да, верно, — подтвердил Ларри. — Первое, что приходит на ум. Противник проник в харонские гравитационные туннели, пожирая запасы энергии харонцев. Харонцы мастерски используют гравитацию, но живут-то они вне гравитационных полей, в нормальном пространстве, и в этом смысле они нам гораздо ближе, чем Противник. Для Противника гравитационный туннель — родной дом, уютный и обжитой.

— Так саранча пожирает урожай, выращенный людьми, — сказала Марсия.

— Какая еще саранча? — изумился Веспасиан. На Земле он бывал лишь в краткосрочных командировках и иногда поражал землян совершенно детскими вопросами.