— Для севера весьма южные. Так когда Новолуние производило свое последнее перемещение? Я знаю, как выглядит традиционный лагерь, и это вовсе не похоже на Новолуние. Если бы вы были традиционными, вы бы сожгли каждый дом в нем. Потому что традиционные Стражи Озера не защищаются. Мы бежим.

Новолуние стало таким же «сидячим», как его соседи-крестьяне. А вы так сильно сжимаете кулаки лишь потому, что в них осталось так мало.

Энтан посмотрел вниз на поводья и с усилием разжал пальцы с побелевшими костяшками. Он нахмурился, глядя на Фаун.

— Я думал, у вас появились новые причины для того, чтобы защищать то, что перед вами, Даг.

Даг пожал плечами.

— Я был бы очень счастлив вернуться в Новолуние и продолжить свое обучение. — Он уделил взгляд сияющей Фаун, наделившей его таким непоколебимым доверием. «Отсутствующие боги, а буду ли я счастлив…»

— И вы поклялись бы не делать втайне ничего такого, — взмах руки в сторону семьи Бриджеров, — снова?

Тишина. Потом:

— Могу ли я иметь целительский кабинет, чтоб у меня не было секретов?

Более долгая тишина.

— Это называется «поунижаться»? — пробормотала Нита сквозь зубы.

Фаун сидела на ступеньках рядом с ней; Даг расслышал ее ответный шепот:

— В стиле Дага, да. Смотри и слушай.

Даг продолжил более настойчиво:

— Будущее происходит прямо здесь, каждый день. Вы можете плыть или тонуть, но вы не можете выбрать не быть наводнению. Полагаю, настоящее понимание кроется в том, что так было всегда. — Он набрал воздуха. — Я думаю, нам пора учиться плавать.

Энтан отрезал:

— У людей, таких как я и Тапп, тоже есть дети, которых нужно защищать. Всех детей, не только наших.

Даг понимающе кивнул, но обвел рукой вокруг не только Фаун, но и Ниту, олеанских дозорных, Финча и Спарроу и его сестру наверху лестницы.

— Если вы в действительности подразумеваете всех детей, Стражей Озера и крестьян, то я с вами. Потому что они могут быть сложностью сейчас, но потом они станут нашими судьями, когда падут воды.

— Проклятье, — медленно сказал Энтан. — Я думал, вы опасны всего лишь как мягкосердечный дурак. Но ведь вы настоящий предатель, так? В десять раз больший, чем тот бедолага-бандит, которого вы зарезали на Грейс.

— Отлично, сэр. — Что за ответ это был? Точно не отрицание.

— Боги, мне от вас дурно. Если я еще буду сидеть и слушать вас, небось свалюсь с этой проклятой лошади. Послушайте, северянин. У нас не было проблем, пока вы не явились. Безусловно, быстрейший способ избавиться от них — это избавиться от вас. А у меня нет времени.

Фаун смотрела куда-то в пространство, но ее голос был неожиданно резким:

— Моя мама обычно говорила мне: «Что, времени сделать это правильно у тебя нет, зато на переделку найдется?»

Энтан посмотрел на нее холодно и вернул хмурый взгляд к Дагу.

— Вы не мой дозорный, Даг Блуфилд. Отсутствующие боги, вы здесь даже не чей-нибудь родственник. Если вы настолько погрязли в отношениях с крестьянами, берите их куда хотите — исключая границы моего лагеря. И что бы вы ни начали творить здесь, пусть оно преследует вас не до наших ворот.

— Мое обучение… — начал Даг.

— Вам следовало подумать о нем раньше.

— Я думал.

— Тогда вы сделали свой выбор. Так что, нет ни одной проклятой причины мне сидеть здесь, споря с вами, так? Просто не возвращайтесь в Новолуние. Мы не позволим вам войти снова. — Он повернул коня. Тогда его взгляд упал на Барра и Ремо, сидящих верхом на своих скакунах.